Беги, детка, беги [ЛП]

Дело в том, что у меня не всегда получается контролировать свой язык так же, как ничего не получается контролировать в своей жизни, — нервно запинаюсь я.

И вдруг — именно поэтому я и люблю твою семью — твоя мама начинает так искренне смеяться, хватаясь за живот, и золотисто-русые волосы падают ей на лицо. Она смеется так сильно, что морщинки вокруг ее ярко-зеленых глаз углубляются, когда она зажмуривается. Слава богу, это вырвалось у меня перед ней, а не перед твоим отцом. Тот еще дьявол!

Успокоившись, она качает головой и ставит вариться кофе.

Она готовит его для твоего отца. Она всегда так делает после еды. Она такой тип женщины, как ты предпочитаешь, Мейсон: смиренна для своего мужа и борется за своего мужа. В ней есть огонь и уверенность в себе, и она чертовски впечатляет. Мне кажется, что твоя мама была примером для тебя, или вернее, что твой отец был твоим примером, и вот почему ты такой, какой есть… Но почему Райли не такой?

— Ах, — она вздыхает. — Ты такая же, как была я в твоем возрасте.

Разница в том, что тогда у меня уже был трехлетний сын. Это сделало меня сильной и заставило повзрослеть за один день, — улыбнувшись, она смотрит на Райли, который, не замечая ее, тихо разговаривает с отцом. Вы построили себе красивый, просторный и современный дом, Мейсон. У твоих родителей есть вкус. Все то время, пока мы находимся на кухне, твой отец не отрывает взгляда от твоей матери. Почти так же, как ты смотришь на меня — проникновенно, забираясь прямо под кожу. Подобного я никогда не чувствовала, и, вообще-то, никогда не хотела чувствовать… Но это так.

— Оооох, бл*дь, Мейсон! — вдруг разносится по всему дому пронзительный крик — как от умирающей свиньи. Он доносится снизу, из твоего супер-пупер выстроенного подвала.

Все, кроме твоего отца, чью спину я могу видеть отсюда, вздрагивают.

— О, нет, — ругается Оливия. — Только не снова. Почему у этого мальчика нет манер?

Райли качает головой и поворачивается ко мне:

— Прости, детка, что тебе постоянно приходится это слышать.

Это так неприлично. Мне кажется, он делает это нарочно. — Мне тоже кажется, что ты специально это делаешь, Мейсон. Я даже знаю это наверняка.

Единственный, кто вообще никак не реагирует — твой отец.

— Я выйду на свежий воздух, — быстро говорю я, желая убраться отсюда. Я не могу дышать, когда ты так поступаешь, Мейсон. Зачем ты это делаешь? Мой желудок сжимается, а сердце пускается вскачь.