Таким образом, высший человек стоит твердо
И не меняет своего направления.
И-Цзин или Книга Перемен
Страйк подозревал, что Шарлотта уже в пути, с того самого момента, как Генри упомянул об их взаимной связи. Головы поворачивались; Страйк наблюдал за этим в течение многих лет; она обладала такой красотой, от которой по комнате пробегал ледяной ветерок. Пока они с Генри издавали возгласы удивления (со стороны Генри, вероятно, искренние) и обменивались любезностями у дверей, Страйк собирал свои вещи.
— Корм, — раздался голос позади него.
— Привет, Шарлотта, — сказал он, стоя к ней спиной. — Я как раз ухожу.
— Мне нужно поговорить с тобой. Пожалуйста. Пять минут.
— Боюсь, что мне надо кое-куда идти.
— Корм, пожалуйста. Я бы не просила, если бы это было не так… Пожалуйста, — повторила она, уже громче.
Он знал, что она способна устроить скандал, если не получит желаемого. Она была женщиной, о которой писали, и он тоже теперь представлял интерес для газет, и он боялся, что, если такая сцена произойдет, пойдут сплетни, а может быть, и утечка информации журналистам.
— Хорошо, даю тебе пять минут, — холодно сказал он, отпивая последний дюйм безалкогольного пива.
— Спасибо, — задыхаясь, сказала она и тут же отошла к бару, чтобы купить себе бокал вина.
Она вернулась через пару минут, сбросила свое черное пальто, обнажив темно-зеленое шелковое платье, перетянутое на талии тяжелым черным поясом, и села на место, которое только что освободил Генри. Она была худее, чем он когда-либо видел ее, но как всегда красива, даже в возрасте сорока одного года.
— Я знала, что ты здесь будешь, как ты, наверное, уже догадался, — сказала она, улыбаясь, желая, чтобы он улыбнулся в ответ, посмеялся над ее хитростью. — Я посоветовала этот паб Хену. Он милый, не так ли?
— Что тебе надо?
— Ты потерял тонну веса.
— Что, — повторил Страйк, — тебе надо?
— Поговорить.
— О…
— Это трудно, — сказала Шарлотта, делая глоток вина. — ХОРОШО? Мне нужна минутка.
Страйк проверил часы. Шарлотта смотрела на него поверх бокала с вином.
— Ладно, хорошо. Я только что узнала, что у меня рак.
Что бы Страйк ни ожидал, это было не то. Как бы неприятны и, возможно, необоснованны ни были эти подозрения, он подумал, не лжет ли она.