— Вероятно, сказал девушке, чтобы она убедилась, что люди видели, как они уходят, чтобы потом они могли устроить свидетелям ад. Сделать вид, что это не их рук дело.
— Вы думаете, что Уэйсы приказали Шери утопить ее?
— О, да, — сказал старый солдат. — Да, я так думаю. Она стоила четверть миллиона, мертвая. И они не теряли надежды заполучить этот дом, пока мы не потратили еще больше денег на адвокатов, чтобы выбить их из колеи.
— Расскажите мне о Шери, — сказал Страйк.
— Легкомысленная, — сразу сказал Полковник Грейвс.
— Вы случайно не навели О’Коннора на Шери Гиттинс?
— О, да. Он разыскал ее в доме двоюродного брата в Далвиче. — Шери Гиттинс — это не настоящее имя, она была беглянкой.
— Это, — сказал Страйк, делая очередную пометку, — чрезвычайно полезная информация.
— Собираетесь ее найти? — спросил полковник.
— Если смогу, — сказал Страйк.
— Хорошо, — сказал полковник Грейвс. — Она заволновалась, когда к ней пришел О’Коннор. Она исчезла на следующий день, и он не смог ее найти, но она единственная, кто действительно знает, что произошло. Она — ключ к разгадке.
— Что ж, — сказал Страйк, просматривая свои записи, — думаю, это все, о чем я хотел спросить.
— Я провожу вас, — сказала Филиппа, неожиданно встав на ноги.
— До свидания, — сказал полковник, протягивая руку Страйку. — Держите нас в курсе, если что-нибудь обнаружите, хорошо?
— Обязательно, — заверил его Страйк. — Большое спасибо за чай и пирог, миссис Грейвс.
— Я очень надеюсь, что вы что-нибудь найдете, — искренне сказала мама Алли.
Пожилой лабрадор проснулся от звука шагов и поплелся за Страйком и Филлипой, когда они выходили из комнаты. Последняя молчала до тех пор, пока они не спустились по ступенькам на гравийную площадку. Собака пробиралась мимо них, пока не достигла безупречного участка газона, на котором присела и принялась за изготовление удивительной по своим размерам какашки.
— Я хочу вам кое-что сказать, — сказала Филиппа.
Страйк повернулся и посмотрел на нее.