Ньют выбрался из толпы и хотел было броситься на выручку товарищу, но пять или шесть чудовищ уже пришли в движение и, размахивая стальными конечностями, обрушились на Алби всей тяжестью своих рыхлых тел. Томас схватил Ньюта за плечи, остановив на ходу, и рванул назад.
– Пусти! – взревел Ньют, пытаясь высвободиться.
– Ты что, спятил?! – закричал Томас. – Ему уже ничем не поможешь!
Еще два гривера очнулись от спячки и, громоздясь друг поверх друга, навалились на Алби. Чудовища принялись резать и рвать тело парня так яростно, словно хотели продемонстрировать глэйдерам свою изощренную жестокость, чтобы у тех не осталось больше никаких иллюзий.
У Алби окончательно помутился рассудок, решил Томас, борясь с позывом вывернуть содержимое желудка наружу. Их вожак так боялся возвращаться в мир, который вспомнил, что предпочел принести себя в жертву.
Ньют, как завороженный, глядел на то место, где только что убили его друга.
– Невероятно, – прошептал он. – Не могу поверить, что он пошел на такое.
Томас лишь покачал головой, не в силах что-либо ответить. Видя, какой жуткой смертью погиб Алби, он вдруг испытал совершенно новую, невиданную доселе душевную боль – безумную, чудовищную боль, которая пронзила все его существо.
К ним протиснулся Минхо и, положив руку на плечо Ньюту, слегка его сжал.
– Мы не имеем права не воспользоваться его жертвой. – Он повернулся к Томасу. – Если потребуется, с боями проложим вам с Терезой путь к Обрыву. Проникните в Нору и сделайте, что должны, а мы тем временем будем удерживать гриверов, пока вы не крикнете, чтобы мы следовали за вами.
Томас посмотрел на три стаи гриверов – пока еще ни один из монстров не двинулся в направлении глэйдеров – и кивнул.
– Надеюсь, некоторое время они не будут рыпаться. Нам потребуется примерно минута, чтобы набрать код.
– Как можно быть такими бессердечными, парни? – пробормотал Ньют с отвращением в голосе, удивившим Томаса.
– А ты чего хочешь, Ньют? – воскликнул Минхо.