Невероятно, откуда у шиза столько силы?! В его-то прогнившем теле!
Бренда, достав нож, пыталась переползти через Томаса и выбрать позицию для удара.
– Аккуратней! – крикнул парень, увидев нож в опасной близости от себя, поймал шиза за запястье и попробовал выкрутить его, ослабить железную хватку. Куда там! Сумасшедший продолжал дергать парня на себя.
Закричав, Бренда наконец перебралась через Томаса и вонзила сверкнувшее лезвие шизу в предплечье. Тот издал демонический вопль и отдернул руку, оставляя на полу дорожку из капель крови.
– Нельзя его отпускать! – сказала Бренда. – Быстрей, вылезаем!
Все тело ныло, но Томас понимал: шиза точно нельзя упустить. Он извернулся, готовясь выскользнуть из лаза. Если вожак доберется до своих, Томасу и Бренде несдобровать. Психи наверняка услышали звуки возни и крики главного.
Самое трудное было просунуть плечи и голову, дальше легче – Томас использовал стену для рывка. Он вылез, не отрывая взгляда от психа, ожидая атаки.
Томас хотел было встать, но ударился головой о днище стола.
– Флять! – ругнулся он, выбираясь из-под старой деревянной конструкции.
Через мгновение и Бренда присоединилась к нему. Вместе они встали над шизом, который скрючился в позе эмбриона и подвывал. Из раны натекла порядочная лужица крови.
Держа в одной руке фонарик, Бренда нацелила на психа острие ножа.
– Лучше б ты смылся со своими дружками-уродами, старик. Зря с нами связался.
Извернувшись, мужчина с невероятной силой ударил Бренду ногой. Девушка врезалась в Томаса, и вместе они повалились на пол. Чиркнули по бетонке нож и фонарик; на стенах заплясали тени.
Поднявшись на ноги, шиз похромал к ножу. Томас нырнул вперед, перехватывая урода поперек колен. Падая, тот заехал Томасу локтем в челюсть.
Подскочила Бренда и дважды ударила шиза в лицо. Оглушенный, он не сопротивлялся, когда девушка рывком уложила его на живот и стала выкручивать руки. Псих дернулся было, но Бренда крепко прижала его коленями к полу. Противник издал пронзительный, полный чистого ужаса крик.
– Надо убить его! – сказала Бренда.
Стоя на коленях, Томас обреченно взирал на происходящее.
– Что? – В полнейшем ступоре, истощенный, парень не понимал, чего от него требуют.