Она предполагала, что Стэнли должен быть неплох в постели, но была удивлена, что он оказался таким энергичным. Она никогда не забудет их первый отдых вместе. В номере отеля «Ритц» в Париже он завязал ей глаза и приковал руки к изголовью. Она лежала голая и беспомощная, а он провел по ее губам сначала перышком, потом серебряной чайной ложкой, потом клубничкой. Она никогда еще так остро не осознавала, что происходит с ее телом. А он ласкал ее груди шелковым платком, потом кашемировым шарфом и наконец кожаными перчатками.
– Я ничего этого не знала, но всю жизнь хотела, чтобы мужчина был таким со мной.
– Я знаю, – сказал тогда он.
А сейчас он был в игривом настроении.
– Да ну же, по-быстрому, – сказал он. – Я позволю тебе быть наверху.
– Ох, ладно. – Она вздохнула, делая вид, будто ее заставляют, и приняла просимую позицию. – Чего только в наши дни не приходится делать девушке…
Тут в дверь постучали.
Стэнли крикнул:
– Кто там?
– Ольга. Тони обещала одолжить мне бусы.
Тони видела, что Стэнли готов был сказать дочери, чтобы она убиралась, и положила руку на его губы.
– Одну минуту, Ольга, – крикнула она.
Она оторвалась от Стэнли. Ольга и Миранда хорошо ладили с мачехой своего возраста, но Тони не хотела подвергать опасности свое счастье. Лучше не напоминать им, что их отец занимается пылким сексом."
"Стэнли вылез из постели и прошел в ванную. А Тони накинула зеленый шелковый халат и открыла дверь. Ольга вошла в комнату – она была одета для ужина – в черном хлопковом платье с низким вырезом.
– Ты сказала, что одолжишь мне те янтарные бусы.
– Конечно. Сейчас достану.
Из ванной послышался шум душа.
Ольга понизила голос, что было необычно.
– Я хотела спросить тебя: он видел Кита?
– Да. Он посетил тюрьму за день до того, как мы сюда прилетели.
– Ну и как там мой брат?
– Как и следовало ожидать, ему не по себе, скучно, досадно, но его не били и не насиловали, и он не пользуется героином.
Тони нашла бусы и надела их на шею Ольге.
– Они лучше выглядят на тебе, чем на мне: черное – не мой цвет.