Эдуард вытащил у меня из волос последние шпильки и потерся лицом о мою шею.
— Я скучал по тебе, — добавил он. — И по девочкам. У меня была пара отвратительных моментов, когда меня еще только привели в тот замок и поместили в темницу без окон. Прости, что с твоим отцом и братом так получилось… — Эдуард поднял голову и посмотрел на мою мать. — Простите меня, Жакетта! У меня просто слов нет, чтобы выразить, до чего мне жаль! — Эдуард явно был искренен. — Такова уж наша военная удача — все мы понимаем, чем рискуем на поле боя.
Мать кивнула, помолчала немного и спросила:
— А каковы будут условия того перемирия, которое ты, Эдуард, собираешься заключить с человеком, уничтожившим моего мужа и сына? У меня такое ощущение, что ты ему и это готов простить.
Эдуард, услышав в голосе моей матери холод стали, поморщился и поспешил предупредить нас:
— Вам обеим эти условия придутся не по нраву. Я намерен сделать племянника Уорика герцогом Бедфордским.
— Ты пожалуешь ему мой прежний титул? — словно не веря собственным ушам, уточнила моя мать. — Титул герцогов Бедфордов? Титул моего первого мужа? Этому предателю?
— А мне безразлично, получит ли племянник Уорика титул герцога! — поспешно вставила я. — Ведь не этот мальчишка убил моего отца, а сам Уорик. Его племянник меня совершенно не волнует.
Эдуард кивнул, помялся и неохотно продолжил:
— Есть и еще кое-что не слишком приятное. За юного герцога Бедфорда я выдам нашу дочь Елизавету. Тогда этот союз действительно станет достаточно прочным.
Я резко повернулась к мужу.
— Елизавету? Мою Елизавету?
— Нашу Елизавету, — поправил меня Эдуард. — Да, нашу Елизавету.
— Ты пообещаешь выдать за него девочку, которой еще и четырех лет не исполнилось? Она станет принадлежать родственнику Уорика, человека, который зверски расправился с ее любимым дедом?
— Так и будет.