Венчаться в церкви Карлос ни за что бы не согласился, но Анна верно уловила тот момент, когда он начал относиться к ней как к законной жене. И тогда принялась давать ему советы.
— Тебе надо уехать из Парижа.
— Ты сбрендила, Анна. Уехать из Парижа, не продав секреты?
— Здесь тебя все ищут. Я читала об этом в газете.
Карлосу пришлось покориться высшей мудрости читательницы газет. Итак, потратив остатки денег, они отправились в Вену, подальше от Парижа, подальше от океана. Анна объясняла:
— Большой город, не меньше Парижа, легко спрятаться.
Карлос нехотя признал, что о политике Анна имеет гораздо более полное представление, чем он сам. Женщины могут рассуждать вполне логично, вот только всегда что-нибудь забывают.
Итак, они прибыли в Вену, в промерзший бестолковый город. Без денег, без крыши над головой. Им было нечего есть… И при всем этом они ни на шаг не продвинулись в деле продажи секретов!"
"А теперь, в довершение всех бед, Анна отчаянно воспротивилась единственной здравой мысли, пришедшей Карлосу в голову.
— Слушай меня, — говорил он, — мы сидим на скамейке, жрать нечего, денег ни гроша. Я не могу подскочить к первому попавшемуся русскому и продать ему секреты, ты сама так говорила. Придется выждать по меньшей мере пару дней. И что мы будем есть все это время, где будем спать?
— Я не хочу, чтобы ты воровал, — отозвалась Анна, как будто не слыша его.
— Не хочешь, чтобы я воровал? А как, по-твоему, я заполучил секреты?
— Это другое дело. Это было важно, это ты сделал ради фермы.
— Если я не буду есть, то не доживу до того времени, когда смогу купить ферму!
— Если ты украдешь, тебя схватят.
— Никогда!
— Это не принесет тебе удачи.
— Ну, особой удачи у меня никогда и не было. Да и на что мне она, удача?
— Все же рисковать фермой…
— Тебе вроде не нравились фермы?
— Не нравились, но ты все равно прав.
— Конечно. Почему бы и нет?
— Что ты сделаешь, если не добудешь денег для фермы?
— Убью себя.
— Пообещай, что ты так не поступишь.
— Ладно, хватит глупостей. Сиди здесь. Вернусь через час.
Карлос отсутствовал гораздо дольше. Анна сидела на скамейке, нежась в мягком солнечном свете, и разглядывала прохожих. Дефилирующие мимо полицейские бросали на нее быстрые вопросительные взгляды.