"
"А теперь даже такая работа пришла к концу, поскольку большинство арабов были суннитами, и они заявили, что не желают иметь дело с шиитом, то есть со мной. Кроме того, они обвинили меня в нечестности. Я защищался до последнего, но меня все же уволили. Я вернулся в Исфаган, и опять у меня не было никаких перспектив. Я стал серьезно подумывать о том, чтобы заняться торговлей. Вот как низко я пал.
И вдруг я понадобился начальнику полиции.
* * *Слуга провел его в сад и направился к дому.
Начальник полиции Кефтия мало изменился с тех пор, как я видел его в последний раз. Это был невысокий лысеющий человечек, толстый, как турок, с холодными проницательными глазками. Из-за своей тугой портупеи он напоминал мне свинину по-польски. Однако я придержал эту шуточку про себя и гостеприимно осведомился о здоровье Кефтии.
— Я вполне здоров, мой дорогой Ахмед, — сказал Кефтия. — Если не считать случайных приступов астмы.
— Печально, но это так, — поддакнул я. — Иной раз в холодное зимнее утро мне напоминает об этом ноющая рана на ноге.
— Ах да! — воскликнул Кефтия. — Я почти забыл об этом. Я был уверен, что ты получил эту рану, когда контрабандой перевозил золотые слитки через турецкую границу, а?
— Не совсем так. В то время я переводил армянских беженцев через азербайджанскую границу.
— Ну конечно! Должно быть, меня подводит память.
Он знал это не хуже меня, если не лучше. Все это были пустые слова, но не в обычае Кефтии прямо переходить к делу, поэтому мы вспоминали о минувшем и пили чай. Наш разговор мог бы тянуться так часами, но я предположил, что начальник полиции приглашен на ранний обед, потому что он заговорил о причине своего визита через удивительно краткий промежуток времени.
— Ахмед, в войну ты превосходно работал на разведку.
— Может быть, — сказал я. — И на кого мне придется работать?
— Твой наниматель — американский агент, который прибыл в Иран по особому делу. С оплатой проблем нет, ты должен помнить это по своим прошлым встречам с американцами.
— Мне всегда нравились американцы. Я буду рад помочь этому человеку, — заявил я.
— Отлично, — ухмыльнулся Кефтия.