Я кивнул, и он, должно быть, заметил мелькнувшее на моем лице выражение легкого разочарования, потому что тут же сказал:
— Это выглядит не столь романтично, как тайная миссия в Советскую Азию, но я думаю, что вы найдете эту работу достаточно привлекательной. Это очень серьезное дело.
— Героин, — задумчиво произнес я. — Этот наркотик производят из опиумного сырья.
Дэйн кивнул.
— Что еще вы о нем знаете?
— Полагают, что он вызывает крайне скорое привыкание. Я уверен, что в большинстве стран он запрещен. Я не думал, что в Иране находится центр его распространения.
— В Иране — никогда. Героин обычно производили в странах Средиземноморья из турецкого и египетского опиума и контрабандой доставляли в Соединенные Штаты через Нью-Йорк. Не так давно торговлей героином занялся коммунистический Китай — они доставляют наркотик через Гонконг в порты Западного побережья. И недавно Иран неотвратимо стал также весьма важным перевалочным пунктом. Вам что-нибудь известно об этом?
Я покачал головой.
— Мистер Дэйн, если вам нужна информация о местном производстве опиума, я могу вам помочь.
— Я интересуюсь героином.
— Об этом у меня никакой информации нет.
— Ну, зато кое-какая есть у меня, — сказал Дэйн. — В прошлом году в Мешхеде был обнаружен тайник с героином высокой степени очистки. Судя по настойчиво распространяющимся слухам, этот наркотик был произведен где-то на севере, затем переправлен через Иран в один из портов Персидского залива для отправки в Соединенные Штаты.
— Он быстро сработал, — сказал я. — И что еще он выяснил?
— Я не знаю. Вскоре после того, как он отправил первый рапорт, его убили.
— Как он был убит?
— Несколько свидетелей говорят, что это была ссора из-за женщины.
— Ну… Возможно, они говорят правду.
— Я так не думаю. Я хорошо знал этого агента. А еще я знал его жену и детей. Это был не тот человек, чтобы его убили из-за женщины.
— Понимаю. Вы узнали что-нибудь еще?
— Только слухи — тысячу разных слухов. Я надеюсь, что вместе мы сможем раздобыть хоть немного информации.