А мне очень хочется после отставки не прозябать на одну пенсию, а сидеть в совете директоров какой-нибудь корпорации, черт побери, я вполне это заслужил! Однако я знаю точно, что если я скажу «нет», то теплого места мне не видать как своих ушей!
И кого же послать? В идеале нужна авианосная группа, тот же «Кард» или «Боуг», две эскадрильи на борту, истребители и противолодочники в сопровождении пары фрегатов или старых эсминцев, переделанных в корабли ПЛО. Но теперь об этом и думать нельзя, чтобы снять авианосец с охраны британских конвоев!
Идея! Легкий крейсер «Бирмингем», новый, типа «Кливленд», в январе только принят флотом.
Ну и намекнуть ненавязчиво «большим людям», чтобы за мои старания посодействовали кое в чем…
Москва, Кремль. 3 апреля 1943 года
– Лаврентий, твои люди уверены в успехе?
– Да, товарищ Сталин, уверены. Операция подготовлена максимально тщательно, информация от разведки подтверждена.
– Но риск провала все же есть.
– Иосиф Виссарионович, в таких операциях стопроцентную гарантию может дать только Бог.
Сталин достал трубку и начал набивать ее табаком.
– А ты понимаешь, Лаврентий, что провал – это война. Такого нам Америка не простит никогда, мы подвергнем угрозе их амбиции на мировое господство. За это они уничтожат любого. И что тогда делать, посылать Лазарева бомбить «Гранитами» Нью-Йорк? Можешь ты дать стопроцентную гарантию, что наше участие останется неизвестным? Хорошо подумай, Лаврентий!
– Нет, товарищ Сталин, не могу.
Иосиф Виссарионович глубоко затянулся и продолжил:
– Я не исключаю вариант, что союзники развяжут военное противостояние сразу после того, как мы добьем Гитлера и начнем перекраивать Европу под себя или даже раньше.
– Стоит, товарищ Сталин. Именно в свете очень вероятного послевоенного противостояния.