Но не беспокойтесь, включите свет по-полному, затемнение соблюдать совсем необязательно.
– То есть как?
– Не знаю, но сказано, что от подлодок вас надежно прикроют, и о приближении патрульного самолета заранее предупредят, успеете погасить.
– Так у наших «заграничных товарищей» тут еще и военная сила есть?
– А вот это не ваши проблемы, товарищ капитан, просто вам сказано, субмарин не бояться, и все.
Остаток времени в диком аврале. Вызвал второго помощника, поставил задачу. И все свободные от вахты, как наскипидаренные, ворочали грузы в трюмах, так как «лейтенант» еще заявил:
– Надо сделать так, чтобы забить «левый» груз подальше, чтобы его трудно было обнаружить и досмотреть.
– Слушай, ну никак тогда не успеем – давай сейчас в твиндеки запихнем, а уже после, днем, в свободном плавании, распихаем в дальние углы.
– Ну под вашу ответственность, товарищ капитан, знаете ведь, что нет ничего более постоянного, чем временное? Учтите, что этот груз будет стоить дороже, чем всё на борту, включая само судно, так что о сохранности прочего товара в трюме можете не думать.
– Да что же это мы повезем? Золото – так вроде у нас его добывают, в Сибири. И разве его в военной промышленности используют? А что еще здесь, в Африке, такое редкое и ценное есть, чего у нас нет? Неужели алмазы, триста тонн? Или алмазная руда, кимберлит, ну не помню я, из чего алмазы добывают? Зато знаю, что из алмазов делают сверхтвердые резцы, это же на много лет вперед всем нашим заводам хватит – пятьсот бочек алмазов!
Лейтенант лишь усмехнулся.
Еще интересно, что, приближаясь к указанному месту, мы дважды получали по радио кодированное предписание изменить курс. Притом что мы не отвечали и не сообщали своих координат. И не видели никого – а нас, выходит, как-то видели и выводили в точку встречи.
«Либертос», очень похожий на наш – пожалуй, издали можно и перепутать. И световой сигнал ратьером, ясно видный даже при заходящем солнце, – опознавательные и готовность передать груз.
Сигнал, заходите и швартуетесь вы.