Имеет подводный ход теоретически до двадцати пяти узлов, но реально развивали не больше двадцати – при больших расходах воздуха опасно, можно взорваться. Турбины, насколько известно, самые обычные, секрет в котле – после топки выхлопные газы идут в регенератор, где какой-то «компонент Икс» поглощает углекислоту, и выделяет кислород, и то, что получится, можно снова подавать в камеру сгорания – замкнутый цикл, которому не нужен воздух из атмосферы; при форсаже впрыскивается перекись водорода – как в турбине Вальтера, разрабатываемой немцами.
Но вот этот компонент необычайно ядовит, летуч, горюч и химически агрессивен: разъедает даже резервуары и трубы из особого материала – медленнее, но все равно, и было несколько тяжелых аварий с жертвами, причем в последний раз едва дошли до базы, а «кочегары» погибли почти все.
Так называют персонал отсека-регенератора, где служат каторжники-добровольцы из бывших моряков – им обещана свобода после войны, вот только из первого их набора годовой давности в живых не осталось уже никого: клапана травят, атмосфера в отсеке ядовитая, два-три похода – и людей списывают на берег умирать или хоронят прямо в море – тех, кто умер там. Выбрасывают тела за борт из аппаратов вместо торпед.
Офицеры тоже в большинстве штрафники, но вы понимаете, мистер, в другие отсеки и в центральный пост тоже яд попадает, но меньше, и у тех есть шанс дожить до конца войны. А кто командир? Малышев, кто был на Щ-422 в начале войны. Его отстранили «за нерешительность и малодушие», и даже объявили, что расстреляли, но на самом деле дали возможность искупить.
Чем лодка вооружена? Торпеды есть и обычные, и управляемые смертниками.
Тоже из бывших каторжников, у кого семьи здесь. Эти торпеды используются в основном как противолодочные: есть режим малой скорости, шесть – девять узлов – днем и на небольшой глубине вражеская лодка-цель видна, водитель успевает реагировать. Впрочем, предусмотрен и прожектор для поиска цели.
И так далее.
