Уже восемь штук на него извели без пользы!
Мы затихаем, цып-цып, ну вылезай же! Сколько у тебя еще осталось в аккумуляторах, да и с воздухом негусто, в таком режиме точно у тебя экипаж не в койках, экономично кислород расходуя, а на боевых постах. Немец снова поднялся на 250, упорно ползет на юго-восток, курс 140. И наверху всё стихло, но шум винтов обоих эсминцев слышен отчетливо. Запрашиваем по звукоподводной, получаем ответ – все норма, наши истребители прилетели, свалили четверых «лаптей», остальные удрали.
А по времени скоро ночь, сейчас стемнеет. Ну как нам эту падлу достать?
Проходит еще два часа. Акустик докладывает – контакт, пеленг 180, немецкие эсминцы, опознан по сигнатуре. Этих только не хватало! Цели один, два, три, четыре – номер три, тип «нарвик», остальные более старые, «тип 36». Все четыре, что после нашей охоты за «Шарнгорстом» так в Нарвике и стоят, изображая немецкий Арктический флот. Для «новиков» очень опасный противник, для нас же добыча, но как не вовремя!"
"И похоже, нас они не видят.
Пеленг меняется – 181, 183, идут мористее, обрезая нам корму. Наверху по времени уже ночь, немецкие радары устойчиво берут цель на восьми милях, и точность у них такая, что стрелять вслепую нельзя, значит, придется еще сближаться и сначала бить осветительными. Но эта субмарина выскочит как черт из коробки, и кто-то из наших получит от нее торпеду в борт. Будь это «семерка», можно бы плюнуть и, завязав бой, оттянуть в сторону, хрен бы она успела вмешаться, так ведь у этой шестнадцать узлов под водой, сумеет подскочить, зараза! И «новики» своей акустикой ее не засекут.
Вот что будешь делать – и не достать, и контакт терять нельзя, и немцев к нашим не допустить. Один «нарвик» – «полукрейсер», и три больших эсминца – пять 150-миллиметровых и двенадцать 127-миллиметровых против наших восьми «соток», у немцев по огневой мощи перевес больше чем вдвое и номинально ход на шесть узлов больше, не уйти.
Может, просто, не мудрствуя, пустить одну «шестьдесят пятую»? По «нарвику» и с такой дистанции не промахнемся.
Но во-первых, не факт, что остальные немцы испугаются, хотя возможно и такое, как они до ужаса боялись Морского змея, ну а сверхмощные торпеды, одним попаданием убивающие тяжелый крейсер, – это наша визитная карточка. А если рванут вперед в ярости берсерков, как их там СС и гестапо накачало, что в случае трусости всех в концлагерь вместе с семьями? Нам-то что, а вот «новикам» достанется.
