В тридцатые – сороковые их начали вытеснять электрические – закон Ома все помнят: напряжение делить на сопротивление при параллельном или последовательном соединении – собирая электрическую схему, можно получить, по сути, аналоговую ЭВМ для решения уравнений, где коэффициенты – это сопротивления элементов в омах; известный входной сигнал – это икс; а измеряемое на выходе напряжение – это результат. Тут опять проблема: для нового вида уравнения нужна своя схема. Так в восьмидесятые еще, мне рассказывали, до самой эпохи персоналок, были в ходу аналоговые машины, похожие на древние телефонные коммутаторы, – здоровенные столы с клеммами, которые можно быстро соединять проводами, и торчащие под ними ручки регулировки реостатов.
А какие факторы влияют на эту вероятность? А пес их разберет! Вот и сижу печальный, заполняя формуляры по каждому эпизоду стрельбы новыми торпедами. Где надо указать помимо результата множество параметров, даже теоретически способных повлиять. Не только собственно вводные для стрельбы, но и, например, магнитное склонение места, и еще куча подобной лабуды!
И что-то мне не нравится повышенное внимание нашего «жандарма» к моей работе.
А впрочем, какая разница? Товарищу Сталину виднее, кому в этот раз надлежит в море бесследно пропасть. Как в прошлый раз, транспорту с ураном из Конго – но тсс! Я этого не говорил! За него отцу-командиру вторую Звезду дали, ну а всем нам, кто на БЧ, включая меня, – орден Нахимова, 2-я степень, как положено по статуту «За хорошее и умелое обеспечение операций, в результате которых достигнуты крупные боевые успехи».
За этот поход точно не наградят. Двадцать четыре ценные торпеды потратили – и на что? Три эсминца и одна подлодка.