Где от них тоже пользы ноль – ну не умеют арабы воевать, не дано это им. Налететь и пограбить у них получалось, а насмерть драться – нет!
– Однако же у вас они фанатиками были, – сомневается Пантелеймон Кондратьевич Пономаренко, – если взрывались по приказу вместе с врагом. Товарищ Сталин обеспокоен – нам только арабского джихада сейчас не хватало.
Представляю картину – под Берлином строй шахидов с зелеными повязками бросается под наши танки с криком: «Гитлер акбар!»
– Обезьяну тоже можно выдрессировать спички зажигать, – отвечаю я, – если есть дрессировщик.
Пономаренко приехал не просто так, будучи одним из посвященных в нашу тайну – но и прежняя должность пока на нем, главный командир всех советских партизан. Хотя вся наша территория уже освобождена, но оказалось, что партизаны куда привычнее армейцев к «малой войне» – гонять всяких там «лесных братьев». Знаю, что соединения Ковпака, Сабурова, Федорова, Наумова, еще кого-то переформированы в дивизии НКВД и успешно искореняют бандеровскую сволочь.
– Пантелеймон… простите, Петр Кондратьевич, а вы знаете, как этих сами немцы называют? «Вонючки» и «засранцы» – поскольку, попав под наш артобстрел, поголовно обделываются от страха.
"А в самом деле, если чисто академически посчитать соотношение коэффициентов боеспособности арабов и Советской Армии сорок четвертого года? Пожалуй, что близко к нолю – если только не взвод против батальона брать.