Белая субмарина: Морской волк 4-6

Только для русских сделано исключение.

– Что, с нашими хуже всех?

Напротив, есть приказ, к ним относиться бережно, не нанося непоправимого вреда здоровью – говорят, ввели после Сталинграда. Потому наказанием для них может быть лишь карцер и урезание пайка, но не избиение – и русские, по крайней мере на том заводе, использовались исключительно как подсобная рабсила, которую за поломку оборудования нельзя наказать. А самое жестокое обращение с поляками после Варшавы – в последние два месяца очень много их пригнали.

Это мы уже знали.

И дело было не только в приказе Гитлера после восстания сделать из Польши ад на земле, но и понимание того факта, что следующего польского урожая Рейху не видать. Потому в землях к западу от Вислы немцы стали отбирать абсолютно всю сельхозпродукцию и скот без всякой платы, расстреливая на месте несогласных. При этом хватали и людей, здоровых мужчин трудоспособного возраста, а также молодых женщин и подростков, кто был способен к работе – и гнали всех на заводы и фермы Рейха, разлучая семьи; что будут есть оставшиеся, не волновало никого. Однако же из поляков в капо, бригадиры, старосты бараков выходят едва ли не чаще, чем из уголовных, формально считавшихся чуть выше прочих категорий. И евреев они не любят как бы не больше немцев – ну, сволочной народ!

– Этого человечка я у вас заберу, – сказал Пономаренко, дочитав протокол. – Что он еще порасскажет – и про немецкий тыл, и про свою ридну Палестину? Может быть, и в пропаганде используем что-то. Победа не за горами, но, товарищи, разбить врага – это полдела! Труднее будет после, чтобы бывший враг нас полюбил.

И стал нашим искренним, лояльным союзником. Конечно, кто нас не полюбит, тому и жить не надо на нашей земле – но мы же не можем, как фашисты, всех недовольных истреблять?

Это верно. При чем тут Красная империя и мировой коммунизм? Мы всего лишь ищем и наказываем фашистских пособников и палачей – ну, а что девяносто девять процентов тех, кто за «ридну самостийну» хоть Украину, хоть Литовщину, хоть Польшу, и в сотрудничестве с Гитлером по уши замазались, и сами принадлежат к кулацко-помещичьему классу – так это просто совпадение! Их всех изымем – и пойдут оставшиеся стройными рядами и колоннами вперед и с песней к самому передовому общественному строю!

Мы, после того дела, когда сестру Рокоссовского вывозили, еще один раз ходили на ту сторону – обеспечивали переправу.

Сначала разведали, затем поработали корректировщиками, я даже ни одного фрица не пристрелил.