Британцы идут параллельным курсом, дистанция от нашего отряда – шесть миль, у нас скорость – четырнадцать, у них побольше, когда в голову выйдут, начнут к берегу отжимать? Ну, а если их пугнуть? Нет еще сейчас ничего подобного РБУ-6000, на дистанции нас не достанут. И противолодочных торпед нет – а на дистанцию залпа «хеджехога» мы их не подпустим, или уклонимся, или придется стрелять.
ГАК в активном, импульс полной мощности, по крейсеру. И полный ход, курс норд. Глубина здесь двести пятьдесят, мы идем на двухстах, так что нас на почти тридцатиузловом должно быть слышно.
Дистанция шестьдесят. Пятьдесят пять. Пятьдесят. Когда будет сорок, придется решать, отходить на запад, на глубину, к свободе маневра, или к берегу, на соединение с отрядом Зозули. А на тридцати кабельтовых надо будет стрелять, если британцы не отвернут. Товарищ жандарм наш, «око государево», рядом со мной, в ЦП. И молчит – это надо понимать как согласие?
– Так, товарищ Лазарев, задача высшего приоритета – это доставить трофей в целости.
То есть «жандарм» дает добро? Всё, джентльмены, к вам песец пришел и хвостиком машет!
– Бурый, готовить 65-ю по крейсеру и четыре 53-х попарно по эсминцам, наведение на кильватер. Затем перезарядка в максимальном темпе – и второй залп по двум оставшимся, только «пятьдесят третьи».
Британцы отворачивают влево! Дистанция сорок пять, пеленг 190, и быстро увеличивается. Не выдержали, значит – или поняли, что сейчас их будут убивать? Ладно, живите тогда – пока! Мне ваших жизней, джентльмены, не жалко совсем – но зачем нашим дипломатам заботу доставлять, отписываться? Уходят, без обмана, дистанция всё растет, их курс юг-юго-запад.