Когда на пороге появилось человекоподобное существо с золотистой кожей, я в первый момент растерялась, совсем не вежливо уставившись на гостью, но быстро сообразила, что это гомункул, прислуживающий в доме эррисара, и… принялась разглядывать ее еще внимательней.
Воплощенные духи, внешне напоминавшие людей, были только в крыле света. Снежные маги считали недопустимым сходство потусторонней сущности с человеком, поэтому наши заклинатели создавали исключительно оболочки животных для природных призраков, готовых к перевоплощению.
Пока я предавалась своим грустным размышлениям, гомункул продолжала стоять с двумя дорожными сумками в руках, дожидаясь моих распоряжений.
— Прости… те, — пробормотала я, смутившись. — Поставьте, пожалуйста, вещи… ну, — я огляделась, — например, сюда, — указала на место возле кровати и зачем‑то добавила: — Удобней разбирать будет.
Служанка кивнула, опуская поклажу. Затем подошла ко мне и, достав из кармана просторного балахона тонкий браслет, протянула его мне.
— Надеть? — уточнила я и, получив очередное немое подтверждение, выполнила просьбу.
«Меня зовут Яра, леди Дигрэ, и отныне я буду вашей личной служанкой, экскурсоводом и телохранителем, — прозвучал в голове приятный женский голос. — На украшение наложена магическая печать, позволяющая нам ментально общаться с носителем. Это на случай, если вы, леди, захотите у меня что‑то спросить. В остальном я, как и любой другой воплощенный дух, прекрасно понимаю человеческую речь. Стоит снять браслет, и я перестану слышать ваши мысли», — сообщила она и улыбнулась… совсем по-человечески.
— Спасибо, — продолжая смотреть на эту особенность Рассветного города, как на чудо, отозвалась я.
Гомункул легко поклонилась и, пользуясь тем, что я не сняла браслет, предупредила, что отправляется за коробкой, оставшейся в карете, а потом принесет мне в комнату обед, приготовлением которого сейчас занята кухарка. Я снова поблагодарила золотую служанку, на этот раз ментально, чтобы проверить, хорошо ли работает связь.