Она тут же увела меня из класса, в котором находилась лишь парочка учеников, чем-то занятых в мобильниках, в небольшое квадратное помещенье, которое назвала лаборантской, и принялась с самым восторженным видом, как будто бы впервые в жизни видела студентку-практикантку, расспрашивать меня об универе и о том, как нас учат методике преподавания. Если честно, нам преподавали ее ужасно, насколько, что даже я, в принципе, очень ответственно подходящая к подготовке к экзаменам и зачетам, почти ничего не знала о том, как правильно нужно преподавать русский язык и литературу.
- Настенька, я же совсем забыла сказать вам о том, какой класс у вас будет – 11-й «Г».
Я вспомнила, как в первой школе мы, «ашки», обзывали «гешников», самым приличным из которого было «гады», и хмыкнула."
"- Да-да, 11-й «Г»! Очень хороший класс.
Я в этом сомневалась, но перечить не стала. Видела я сегодня у директора уже один такой клад, который таскается в такую замечательную школу с кастетом, мне хватит.
- Знаете, как поступим, Настенька? – с пугающим энтузиазмом щебетала куратор.
- Хорошо, - согласилась я и после весьма кстати прозвеневшего звонка выдержала процедуру знакомства с детишками, большая половина из которых была выше меня и казалась старше.
- Это Анастасия… э-э-э…
- Анастасия Владимировна, - сказала я, стоя, как новенькая ученица, около учительского стола и большой, почти во всю стену, интерактивной доски. Смущенной я, правда, себя не чувствовала.