Белые искры снега. Анна Джейн

– Ты в порядке?

- А? Да, просто что-то голова внезапно заболела, но уже прошла, - ответила я, не без некоторого страха посмотрев на официантку. Ледяные прежде глаза казались дружелюбными и, кажется, чуть-чуть извиняющимися.

Так, что со мной творится? С нервами не порядок, что ли? Или с сердечно-сосудистой системой? Или с дыхательной?

Я глотнула из хрустального бокала воды, показавшейся мне вкусной, словно она была родниковой, прочистила горло и сделала, наконец, заказ.

- Кофе сразу, одновременно с основными блюдами или попозже? – уточнила девушка.

- Продолжим? – предложил Тимофей. – Ты бы хотела в Италию?

- Да, хотела бы. Но поеду туда позже.

Когда заработаю денег, мысленно добавила я, почему-то не сомневаясь, что заработаю. Я ведь буду отличным журналистом, почему бы и не заработать? Может быть не сразу, но со временем точно буду высокооплачиваемым специалистом. И это не мечты, а моя цель.

- Почему же позже?

- Так сложились обстоятельства.

- Денег нет, - сообщил мне дядя Тим то, что я и так знала.

Вот же сноб. Еще и веселится при этом.

- Ну да, и что? Для чего ты вообще позвал меня сюда? Пять лет не интересовался, а случайно встретил и решил вместе поужинать.

- Знаешь, почему?

- Знаю, - фыркнула я, помня его слова на улице. – Потому что кровь гуще воды.

- Это да, - подтвердил Тимофей, снимая пиджак и оставаясь в одной рубашке с длинными рукавами. – Настя. – Он поставил оба локтя на стол и подался чуть вперед, смотря мне в глаза своим стальным взглядом.

- Что?

- Ты знаешь, что объединяет Юрия, Яну, Олесю, Павла и Андрея? – назвал он имена моих братьев и сестер, которые были моими ровесниками, плюс-минут три-четыре года.

- Что же? Кровь?

- Кроме.

- Не знаю.

Что за глупые вопросы? Все они совершенно разные – разная внешность, характеры, фамилии. Ничего общего кроме родственных отношений. И все из них, за исключением Юрки мне неинтересны, как , впрочем, и я им. Я бы даже сказала больше – Яна и Олеся меня ненавидят, а Паше и Андрею до меня нет никакого дела.

По крайней мере, так было раньше, но сомневаюсь, что их чувства по отношению ко мне по прошествии пяти лет изменились.

- Подумай, - сказал дядя и прикрыл рукой рот – то ли зевнул, то ли улыбнулся.

- Ты меня для этого позвал? – нахмурилась я. - Откуда я знаю. Этими людьми я не интересуюсь.

- Кроме Юрия, - заметил дядя Тим, который, оказывается, был в курсе наших отношений. – Это странно, хотя, признаюсь, некоторых людей мне тоже жаль, и поэтому я с ними добр.