— Стоп! — Остановил её Спайк, — на будущее: все решения в Совете будут приниматься тайным голосованием. Это чтобы никто никого не смог шантажировать и попрекать. Но сейчас, я думаю, мы можем проголосовать открыто. Кто за то, чтобы Мирла была Мэром города? Мэри, ваше мнение: да, или нет?
— Да, — ответила Мэри Чейз.
— Шелаулис?
— Согласен.
— Гордон?
— Я? Какие вопросы? Конечно, согласен.
Мирла сияла от счастья. Спайк устало потёр виски:
— Тогда второй вопрос: налоги. Предлагаю оставить сбор «паёв» и дани с «бригадиров» в прежнем порядке.
Гордон покачал головой:
— Ох, и хитрый ты, Спайк. Теперь что ж получается? Совет соберётся и решит, что я должен платить дань и я буду платить?
— Да, — ответил Спайк, — это один из камней, на пути к нашему единству. Потому и предлагаю всё оставить как есть. А, скажем, когда пустим мост, пересмотрим этот вопрос.
Гордон вздохнул и признался:
— У меня денег нет, что-то платить.
— Ясно, — сказал Спайк, — значит, всё оставим как есть. Все согласны?
Мэри Чейз и Шелаулис понимали, что менять существующий порядок нельзя, а потому возражений не было.
Глава 40
Спайк быстро набирал коперию. Жан Прюсо старательно исполнял их заказы, был вежлив и обходителен перед ними. От его любезности и готовности угодить, Мирлу распирали сомнения.
— Что-то он больно добрый, — говорила она, — не нравится мне это, Спайк. Сладкий он больно.
Бошу подтверждал её сомнения:
— Эта сволочь едва ли станет что-то делать просто так. Если он тебе улыбается — жди беды. Ты бы, Спайк, приглядывал за ним. А то не ровен час, устроит что-нибудь.
Поток транспорта по ледовой дороге возрастал. В этом направлении появились и транзитные грузовики. Сначала, один-два проскочили, а потом вдруг хлынули нескончаемым потоком. В основном, шли грузовики из Гурбинска.