Белый Ворон: Малыш

Они, конечно, могут ещё прийти, но, Бошу, разве у них нет понятия чести и той же гуманности?

Спайк закончил вопросом и Бошу вынужден был отвечать:

— Это у одного. А у другого? Второй так ни слова и не проронил. К тому же он Гавшара подстрелил. А Гавшар — это наш человек. Неужели, ты спустишь с рук нападение на твоего человека? Ведь ты всегда говорил иначе. А теперь, каждый твой сотрудник, каждый коп будет сомневаться в правильности твоих слов. Это вредно, Спайк.

Спайк подумал и согласился:

— Наверно, ты прав. Но убивать его нельзя.

Что ты предлагаешь?

Они сидели в машине и ехали назад, после разгрома последней группы диверсантов. Часть копов были отпущены по домам. Другая часть разбрелась по городу в качестве патрулей. Лишь несколько человек возвращались в Мыс-Таур, чтобы находиться там, в роли резерва на случай каких-то неприятностей. Этот резерв, двигался следом за ними на двух «Фор-джипах» и в, издырявленном пулями, автобусе. Всего двенадцать человек. За рулём автобуса сидел Сёга, который успел привыкнуть к коперии и был вполне доволен своей ролью.

Ему не приходилось стрелять и лезть под пули. В его обязанности входил лишь автобус и всё что с ним связано. Ничто другое, его не касалось. А то, что копы прозвали его «Автобусным зайцем» он относил к обычной людской зависти. Не нашлось для них столь тёплого места, вот и бесятся от бессилия. Небось, каждому из них самому бы хотелось занять его место, крутить баранку и не бегать в атаку на всяких боевиков.

«Фор-джип» Спайка вильнул и затормозил.

Идущая сзади машина, едва смогла увернуться, чтобы не въехать ей в зад.

— Куда прёшься! — Возмутился водитель, приоткрывая дверь, — в больницу захотел? За счёт коперии здоровье поправить? Урод, поганый!

Было от чего ругаться: нарушитель порядка внезапно выбежал на дорогу и едва не попал под машину.

— Да это ж Гавшар! — Узнал его Бошу и распахнул дверцу, — Гав! Чего стоишь? Иди сюда.

Огибая машину, Гавшар пролез по сугробу и Бошу пропустил его на заднее сидение. Кое-как втиснулись все трое и Бошу закрыл дверцу:

— Поехали!

— Ты что? — Спросил Спайк, — сбежал?

— А что там делать? — Вопросом ответил Гавшар, — Ромка там как?

— Нормально, — ответил Спайк, — сидит в комнате.

Не плачет. Вчера вечером его Тэд нянчил, а сегодня утром Аск остался. Ты уж извини, мне не до того было.

— Да что я не понимаю? — Гавшар чувствовал себя своим человеком и был доволен от этого ощущения. Это было совсем не то, когда он встречался «бригадирами», на совещаниях.