Хорошо, что понимал очевидные экономические вещи, а не сдался овощем: все-таки нужно было обеспечивать себя, кормить машину и платить счета по квартире. Взрослая жизнь давно стала мне по зубам, но только с боями было легче зарабатывать огромные деньги, работая телом, а с бизнесом отца нужно было напрягать мозги. К этому тоже нужно было привыкнуть.
Но вскоре прошел год. Самостоятельная, некогда жена моего брата, Вика не давала о себе знать, ей не нужна была помощь. Кажется, эта девочка прекрасно справлялась одна – не зря же она так долго планировала побег от моего брата.
Отец говорил подождать, но разве год - это еще не достаточный срок? Год я не видел Ульяну, не мог принимать участие в ее жизни. Только отец несколько раз ездил в тот городок, где Вика спряталась. Наивно полагая, что она реально спряталась.
Уже без нервов я закончил очередной рабочий день. Я научился сидеть на одном месте больше, чем полчаса, а именно - весь рабочий день. Это было адски трудно после некогда нескольких боев в день. Это оказалось чертовски сложно, но когда у тебя большие планы на будущее и семью, ты будешь сидеть, будешь пахать и вникать в то, во что тебя просят вникнуть.
Я и сам понимал, что нормальная работа мне необходима, и вскоре я начал не только работать, но и зарабатывать, выводя нашу фирму на ведущие позиции в рынке. Правда, вытащили мы вместе с отцом, но в его глазах я однажды увидел веру. Его вера в меня - мощный пинок.
Конечно, года для крупных оборотов мало, но сдвиг пошел, а это уже точка невозврата.
И вот впереди маячили выходные. Суббота и воскресенье – мои первые законные выходные, которые я проведу не на работе.
Выхожу из офиса, захожу в ближайший магазин и накупаю тех продуктов, которые, я уверен, сложно найти в небольшом городе. И игрушки, купил много игрушек, все пакеты складываю на заднее сиденье. Сажусь в автомобиль, ослабляю горло от офисной одежды и завожу автомобиль.
По дороге в моей голове назревают размышления с самим собой.
Пятно. Родимое пятно чуть выше виска у девочки – это слишком, слишком для совпадения. Но что, если я ошибаюсь? Иначе зачем бы Вике врать в тот день, когда я спросил ее прямо о том, кто отец ребенка? Впрочем, есть причины для лжи. Я помню. Все то дерьмо, связавшее нас, помню.
Но это пятнышко… оно не дает мне покоя.