Мои перепончатые пальцы! Жанна точно не в себе. Такое несёт!
Ситуация становится всё более абсурдной, и Жанна, полностью потеряв контроль, кидается по коридорам, словно в истерике.
— Мрак подчинится только нам!— вопит она, размахивая руками и чуть не сбивая с ног растерявшихся гвардейцев.
Но настоящий апофеоз происходит, когда Жанна, как настоящая безумная фурия, вдруг сигает в окно. И, как будто этого ей мало, умудряется перепрыгнуть через высокий забор, скрываясь в лесу.
Я стою, тупо чешу голову.
— Чего встали, а? — обращаюсь к ошарашенным гвардейцам. — Не видите, что ваша баронесса совсем с катушек съехала… эээ… чувствует себя, скажем так, не лучшим образом! Давайте, живо организуйте поисковые группы, пока она ещё больше не натворила дел!
Глава 5
Проходит десять минут, и гвардейцы Горнорудовых уже успели отправить поисковые группы в лес, разлетевшись по окрестностям, словно коршуны, почуявшие добычу. Тревожные крики и топот тяжёлых сапог стихли вдали, оставив за собой лишь лёгкое эхо.
Внезапно дверь распахивается с грохотом, и в зал врывается барон Павел Горнорудов. За ним следует Настя. Моя невеста взволнованная, как и отец.
Лицо барона аж багровеет от злости.
— Граф Данила! — кричит он, подлетая ко мне так, будто вот-вот схватит за грудки. — Где моя жена⁈ Где Жанна⁈ Объяснись!
Я едва заметно пожимаю плечами, неспешно отставляя кружку на стол.
— А вам что, не сказали? — отвечаю без тени волнения. — Она вдруг заорала, выпрыгнула в окно и побежала в лес.
Павел застывает на месте от смеси шока и неверия. Настя моргает, ошеломлённая, её взгляд метается между мной и отцом.
— Выпрыгнула? — срывается у неё. — Даня, как это выпрыгнула? Через окно? Зачем?
— Да, именно так, — подтверждаю, делая очередной глоток чая. — Прыжок был достаточно ловким, можно сказать, впечатляющим.
Павел наконец выходит из оцепенения и устремляется ко мне, едва сдерживая ярость.
— Думаю, Павел Тимофеевич знает причину, — подмечаю, не спуская с него глаз. — Ведь так?
Его глаза вспыхивают, но он отворачивается, пряча взгляд в сторону.
— Откуда мне знать? — голос его резок, в нём больше раздражения, чем уверенности.
Настя продолжает смотреть на меня в полном непонимании, её тон становится отчаянным.