– Ты меня очень заинтриговала, дикарка, как же будет по-плохому? Попытаешься напасть, ослепить или лучше вновь сладко расцарапаешь мне кожу своими острыми коготками?
От его ехидного голоса и внутренней борьбы, что он вызывает, новый прилив злости взрывается во мне словно связка пороховых петард.
– О-о-о, Адам, вот тут я даю тебе слово – если ты сейчас же не отойдёшь от меня, я непременно воплощу всё, что ты только что упомянул, с особо сильным удовольствием богато разукрашивая твою физиономию царапинами, предварительно выколов глаза, чтобы перестал смотреть на меня своим гипнотическим взглядом, – с неимоверной злобой огрызаюсь я.
– Ухх, какой запал! Мне уже становится страшно. Ты всегда такая дерзкая? – Слегка поправляя галстук, он налепляет на лицо ироничную улыбку, давая понять, что мои предупреждения для него всего лишь задорная шутка.
– Не веришь мне?! Тебе всё весело?! Сейчас я сотру с твоего лица эту идиотскую ухмылку. Ты, видимо, забыл, где находишься, Адам, – произношу его имя с напускным высокомерием.
– Ты мне угрожаешь? – он понижает голос на несколько тонов, но в глазах по-прежнему мелькают озорные искры.
– Если по-другому ты не понимаешь, то да – угрожаю! – С вызовом вздёрнув подбородок, я не отвожу враждебного взора от его глаз цвета крепкого кофе, что с каждой секундой всё сильнее меняют оттенок на ещё более чёрный.
– Ты неподражаема, Николина Джеймс! – с непонятным мне восторгом восклицает он. – Обычно я люблю покорных, но твоё неподдельное рвение защититься – нечто новое для меня, и потому лишь сильнее увлекает.
Нервно сглатываю, стараясь не растерять весь свой воинственный пыл, находясь под его лобовым прицелом.
– Я вообще-то не развлекаю тебя здесь! Ты что, меня не слышал?! Убирайся отсюда, пока не попался на глаза местным. Они не только ограбить могут, но и убить! – И это не очередной способ запугивания, а чистая правда.
Пусть я отчаянно хочу от него избавиться, но сейчас мне только не хватает ко всему прочему хаосу жизни добавить ещё и вину за чужую смерть.