– Я не могла дождаться наступления утра, чтобы сообщить тебе о том, что хочу быть с тобой вместе и узнать, что нас ждёт впереди. – Её слова должны были дать мне надежду на благоприятный исход, но не дали.
– Ты изменила решение, – уверенно делаю вывод я, считывая всё по её глазам. – Это из-за Никс? Я же вроде тебе объяснил. И в самом деле не понимаю, откуда в твоей голове столь бредовые мысли о ней? Разве я хоть раз давал тебе повод усомниться во мне?
– Нет, не давал, но дело не в этом, а точнее, не только в ней.
– Ты просто слишком бурно отреагировала.
– Со мной такого никогда не происходило! Ты же знаешь, я не из тех, кто устраивает подобные скандалы! Это не я. И не хочу быть такой.
Я детально рассматриваю её бледное лицо, чтобы найти в нём хоть какой-то намёк на то, что мне удастся переубедить её. Но его нет. Есть только горькая правда, что сейчас сходит с её искусанных от нервов губ.
Она поистине страдает рядом со мной.
Лара любит меня, в этом нет сомнений. Это видно в каждом её трепетном взгляде, томной улыбке и ласковом прикосновении. А ещё в горечи стекающих слёз, прерывистом тяжелом дыхании и душевных страданиях, что я уже долгое время причиняю ей своим небрежным отношением к «нам».
Люблю ли я её так же сильно?.. Возможно.
Ведь как её можно не любить?
Я молча смотрю в знакомые до боли черты лица Лары, стараясь запечатлеть в памяти каждую деталь её необыкновенной, доводящей до безумия красоты, внутри которой живёт нежная, трогательная, сердечно добрая и чистая душа, которую не имею больше права продолжать терзать и день за днём менять, почти незаметно отравляя.
Да, наверное, я всё-таки люблю.
Люблю настолько, чтобы отпустить её, пока ещё не поздно.