Иван обернулся ко мне.
Иван и Арсений сильно похожи.
Я как будто смотрю на Покровского-младшего, версию из будущего, только с карими глазами и тяжеловатым, гладко выбритым подбородком.
— Сколько? — резко спросил Иван.
— Что?
— Сколько мой брат тебе обещал заплатить за этот дешёвый фарс на публику? — нетерпеливо уточнил Иван.
— Не понимаю, о чём вы.
— Не понимаешь? — взгляд Ивана потемнел. — Ты выглядишь, как копия стервы, по которой мой младший брат сходил с ума и ползал за этой падалью едва ли не на брюхе.
Я едва погасила усмешку. Не могла представить Покровского ползающим на брюхе или хотя бы стоящим на коленях.
Арсению даже простое «извини» сказать было трудно, как будто шесть букв жгли его глотку.
— Что смешного? Ты понимаешь, что сейчас ты для него как суррогат мёртвой невесты? Подмена. Насколько его хватит, чтобы обманываться? — чеканил слова Иван.
Мне был неприятен разговор с Иваном. Взглядом я поискала выход из комнаты.
— Сколько? Я заплачу больше, чтобы ты исчезла из его жизни.
Внезапно мне стало смешно.
— Думаете, что это я за него цепляюсь?
— Думаю? Нет, я не думаю. Я в этом уверен! Ты быстро сориентировалась. Поняла, что можешь получить больше, чем та компенсация за моральный ущерб, которую тебе передали. Аппетит приходит во время еды? — напирал Иван. — Так сколько тебе надо?
Я стиснула пальцы до побелевших костяшек.
Каждый из братьев вёл свою игру.
Арсений хотел получить ребёнка. Иван был убеждён, что я сама прицепилась к его младшему брату и был готов откупиться от меня.
— Судя по увиденному в клубе, знакомство с моим братом вышло не самым приятным для целки, да? — грязно усмехнулся Иван. — Хочешь получить быстро и много без неприятных воспоминаний в нагрузку при виде Арса? Гарантирую, что ты его больше не увидишь и не услышишь. Как и он тебя. Назови сумму.
Иван вальяжно развалился в кресле и улыбнулся, как ярмарочный зазывала.
— Сколько ты хочешь получить, Трофимова? Я избавлю тебя от живого воплощения кошмара и моего младшего брата по совместительству.
Всего на мгновение я подумала о том, чтобы податься на уговоры Ивана, на его спокойный, уверенный в себе и низкий голос."
"Ведь это так просто — сказать «да» и больше никогда не общаться с Покровским-младшим.
Но почему-то я не могла согласиться. Вопреки всему. Изнутри кололо нехорошим предчувствием.
Иван показал себя не как самый благородный человек. Он даже своего родного брата за нос водил при удобном случае.