В другой раз бы предложил потрудиться ртом, взять поглубже. Во рту слюна выделяется рефлекторно. Но в тёмных глазах Зверя не только голод порочный читается, но и желание. На своём стоять.
Сейчас он меня лишь подразнил возбуждённой плотью. Вздыбленной, как столб. Но вопреки явному желанию Рустам приказывает просто рядом с ним улечься, чтобы поспать.
— Не тяни резину, — подстёгивает.
Таким же остаётся. Властным. Незыблемым. Горой силы. Колоссом твёрдым в намерениях и в действиях.
Мне нужно лишь место своё рядом с ним принять.
— Расскажешь мне о прошлом?
Пальцы чертят линии его шрамов. Повторяют затейливые дорожки. Ныряют в глубокие впадины, выбираются на гладкие участки бронзовой кожи, кружа на одном месте.
— Я хочу знать. Как это было?
В горле пересыхает. Сердце пропускает удар. Пока Зверь думает, напрягшись так, что тело ощущается каменным.
— Это не для твоих ушей, Малая… — паузу выдерживает, вынося решение.
— Но тебя же коснулось. И меня косвенно.
— Это мой груз. Не твой. Спи, — ладонью на макушку нажимает, вдавливая в монолит жаркого тела.
На том разговор оканчивается. Значит, время ещё не пришло пластырь засохший с раны сдирать. Сейчас он уже не сторонится прошлого. Но всё ещё внутри себя держит.
Меня решил не вмешивать. Обособленно держать. В неведении.
— У тебя задача. Выносить моего наследника. Это главное. Другое тебя волновать не должно.
Подтверждаю слова молчаливым кивком. Слышу, как его дыхание выравнивается. Замедляется. Хоть возбуждение ещё не спадает. Но он постоянно готов трудиться. По щелчку. По взгляду.
Притяжение между нами — сильнейшее. Оно никуда не делось. С вынужденной разлукой лишь крепнет.
Глава 93. Арина
Следующие несколько дней пролетают, как один. Обстановка до сих пор напряжённая. Не для меня. Но среди охраны. Я это чувствую и чётко вижу, что территория теперь день и ночь охраняется особенно сильно, как бункер президента.
Хозяина дома я вижу только ранним утром, спросонья. Крепкий захват. Глубокий поцелуй. Ощущение полёта жаркого и… пустота. Уходит. Возвращается глубокой ночью. Всегда приносит с собой чужие, крепкие запахи. В каждом опасность кроется. Не могу точно словами сказать. Вроде всё спокойно. Враги, желающие причинить мне зло, выселены прочь. Те, в чьей верности Зверь сомневается, устранены. Но ощущение временного затишья не покидает.