Советское правительство никогда не действует вероломно. Что готовят ваши боссы, мистер Уилсон? Не хотите, как цыганка, рассказать всю правду?
– Я ни о чем не знаю. Меня не ставили в известность."
"– Думаю, это неправда. Вы руководили вербовкой наших граждан, не могли не знать, с чем она связана. Это явно выходит за рамки обычной разведывательной работы, верно? Вы были в курсе скопления военнопленных в бывших нацистских концлагерях. Там их явно к чему-то готовили, усиленно кормили, тренировали, выполняли мелкие прихоти.
– Я об этом не знаю.
– Советские войска постепенно покидают германскую столицу. Им нечего здесь делать. Гарнизоны же союзников, напротив, пополняются. Прибывают танки, артиллерия. В качестве экзотики вводятся даже канадские подразделения. Вы поставили под ружье польскую Армию Крайову, настроенную враждебно к СССР. Эти части вы должны были расформировать, а командный состав передать нам.
– Послушайте, я не отвечаю за действия нашего командования.
– После инцидента с Дженнифер Майерс вас отстранили от работы. Вы оказались в опале. Было за что, работу вы провалили. Вопрос о вашем возвращении в Британию завяз в кабинетах. Вас отстранили от любой работы. В этой связи вы и начали пить, погрузились в уныние. Полагаю, вы что-то подспудно чувствовали. В итоге некоторые структуры приняли решение от вас избавиться.
Уилсон в отчаянии кусал губы. Он что-то знал, и это сводило его с ума.
– Рассказывайте, мистер Уилсон. Это не предательство. Вы можете предотвратить крупную ошибку вашего командования и руководства спецслужб. Не исключаю, что в итоге спасете мир. Вас подставили, окунули с головой в дерьмо, а потом послали убийц к вам и миссис Майерс. Разве вы не хотите поквитаться? Решайтесь, мистер Уилсон.
Уилсон смертельно побледнел. Он уже был трезв, но чудовищное похмелье делало свое дело.
– Британское командование собирается начать войну против СССР, – замогильным тоном вымолвил Уилсон.
– Вот черт! – буркнул Нагорный. – Я так и знал. Вот же уроды!
– Поясните, мистер Уилсон.