Семья Лазаревых казалась крепкой и благополучной, двое детей, мать, которая занималась их воспитанием, муж, обеспечивающий родных, его теща Анна Ивановна, хлопочущая по хозяйству. Если Евгения Федоровна и Петр Михайлович шли вместе по Гуськову, то держались под руку, улыбались, выглядели довольной всем парой. Участки у стукачей были огромные, дома добротные, что у кого творится за воротами, соседи не знали. Но Аля, ухаживая у Лазаревых за цветами-грядками, невольно слышала разговоры, доносившиеся из открытых окон дома и не предназначенные для чужих ушей, и поняла, что отношения в семье совсем не такие безоблачные, какими казались со стороны.
Тут будет реклама 1
Евгения Федоровна любила поскандалить, и ей, чтобы оседлать метлу, солидный повод не требовался, баба заводилась с полоборота. Доставалось всем: Анне Ивановне за то, что не так пожарила кабачки, Вере, если та опаздывала на минуту к обеду, но громче и азартнее всех Евгения ругала Федю. Мать частенько отвешивала мальчику оплеухи, а войдя в раж, бежала во двор, выдирала там крапиву и хлестала ею сына.
Тут будет реклама 2
Справедливости ради следует сказать, что Федя рос непослушным, делал почти все наперекор взрослым и постоянно жаловался на мать отцу. Петр Михайлович в выходной увещевал супругу:
– Женя, нельзя мальчика чморить, и бить его крапивой не годится, у пацана волдыри на ногах.
– Он меня ни в грош не ставит, – кричала мать, – сто раз ему говорено: не смей меняться вещами с приятелями.
Тут будет реклама 3
Это негигиенично! Так нет! Вчера опять заявился в чужом, шорты, рубашка, сандалии не его. На мопеде чужом приехал. С Генкой Волковым они махнулись! Я ему: «Сколько раз твердить можно? Перестань обноски невесть от кого на себя напяливать! Не бери мотоцикл дрянной». А мальчишка спорит: «Одежда Генки, он мой лучший друг. Мы играли в войну, переоделись, чтобы нас враги перепутали. Я генерал, меня нельзя в плен взять. У Гены шорты чистые и мопед хороший, тетя Франци сыну лохмотья не дает, и она никогда на него не орет и крапивой не лупит».
Тут будет реклама 4
Федор меня не уважает, ему, как и тебе, Франциска Яновна нравится.
И Евгения начинала самозабвенно ругать соседку, находила для нее такие эпитеты, что Алевтина ежилась.
Один раз Аля спросила у отца:"
"– Почему Евгения Франци терпеть не может? Жена Петра Михайловича такая двуличная! Волковы и Лазаревы ближайшие соседи, в беседке они вместе по выходным-праздникам обедают.
