Дом принадлежал не Волковым, а Хорошиловой.
– М-да, – крякнул босс, вставая, – случается такое: и морги горят, и дела в архивах погибают, то их крысы жрут, то водой заливает. Таня, зайди ко мне в кабинет через четверть часа.
– Пошли поедим, – предложила Юрская, когда Иван покинул переговорную, – в столовой сегодня пирожки с мясом. Тань, ты с нами?
– Сначала позвоню Людмиле, потом отправлюсь к шефу, – объяснила я, – пирогов хочется, но они в моем случае не лучшая диета.
– Лучшая диета называется «Ешь часто и все, что хочешь», – заявил Денис, выскальзывая за дверь.
Я подождала, пока все разойдутся, и набрала номер, оставленный Робертом, ожидая, что сейчас из трубки донесется: «Клиника. Чем могу помочь?» Но женский голос просто сказал:
– Алло.
– Добрый день, – завела я, – мне бы поговорить с Людмилой Игоревной Волковой, вашим гомеопатом.
– Слушаю вас.
На секунду я опешила. Так просто? Номер жены олигарха выставлен в Интернете?
– В чем проблема? – спросила доктор.
Я опомнилась:
– Беспокоит начальница особой бригады Татьяна Сергеева…
Людмила молча, не перебивая, выслушала меня и спокойно ответила:
– Я сейчас на конференции гомеопатов в Лондоне, вечером улечу в Москву.
– Да, конечно, – заверила я.
– Тогда до завтра, всего хорошего, – вежливо попрощалась Волкова.
Я посмотрела на замолчавшую трубку. Нет, так не бывает! Ладно, теперь пойду к Ивану.
* * *– Как ты уже знаешь, мой отец занимал в КГБ высокий пост, – произнес босс, едва я села в кресло. – Город Дьенешдиаш, название которого никак не мог произнести Роберт, мне хорошо знаком. Мы там с родителями отдыхали в санатории. Маленький такой пансионат, номеров на десять, стоял на тщательно охраняемой территории за высоким забором. Я по молодости лет не задумывался, как отец путевки в Венгрию достает. Но потом, уже после кончины мужа, Рина рассказала мне, что на Балатоне проводили летние отпуска коллеги отца, как понимаешь, не простые «топтуны».