Не зря говорят, когда судьба закрывает одну дверь, она открывает другую. Теперь это уже был не тупик, а некий новый этап, который надо пережить.
Значит, рано опускать руки.
Мысли потекли в другом направлении, словно вода, отведенная плотиной. Теперь Мара уже по-иному присматривалась к своему вынужденному жилищу.
Из-за беспорядка комната казалась разоренной. Наполовину содранный гобелен висел на стене, открывая зияющий проем потайного хода. И это было так неправильно, что наводило на мысли о разрухе. И ей как-то сразу припомнился родной Хантц.
Ее разграбленный замок. Ее сад, большой розовый куст, подарок отца матушке. То, что ее предки собирали веками.
Плохая она хозяйка. Во многом тут вина Меркеля, ее подлого опекуна. Но она и сама виновата, нельзя думать только о своей гордости. Там остался старый преданный слуга Хиберт. Хотя бы ради него она должна.
И… Вот тут опять надо было переломить себя. Но Мара вдруг подумала, что раз уж она вынуждена постоянно видеть короля, ей стоит как-то подумать о судьбе своего замка? Спасти то немногое, что от него осталось.
Может… Прошение подать?
Однако со стороны потайного хода послышались шаги. Это значило только одно — Родхар возвращался. Она снова невольно вздрогнула и занервничала, а сердце заколотилось в горле.
Еще несколько секунд, потом сначала заплясало на стенах пламя свечи, потом показался он. Родхар Айслинг высокий мужчина, его плечи едва поместились в узкий и низкий проем двери, ему пришлось нагибаться, чтобы пройти.
Но вот он выпрямился и взглянул на нее.
Господи, куда сразу улетучились все здравые мысли.
Остался один стыд и смятение, ее снова стало заливать краской. Мара первой отвела взгляд. Мужчина прошел в гостиную, а она опять чувствовала себя так, словно под ней горит земля.
* * *Родхар торопился, ему казалось, если ее надолго оставить там, что-то может случиться. В довершение всего вспомнил, что забыл запереть дверь. И это было последней каплей. А когда вышел из потайного хода и взглянул на нее, думал сердце вырвется.
Однако он видел, что девушка напугана. Пришлось напомнить себе, что важнее всего ее безопасность. Ключ. Надо запереть дверь.
Уже в гостиной он вдруг замер, остановился на полпути.
Что с ним творится? Откуда эти мысли? Поставил свечу на стол и оперся о него руками. Тряхнул головой. Повел плечами, качнулся вперед. Его тянуло обратно, к ней. В постель. Смять ее, теплую, мягкую.