Оказывается, Анна несмотря на свою обиду всё же имела на него виды, как и Изольда. Я же в свою очередь помогала оборотнихе, чем по словам сестры ее предала. Но я-то была не в курсе того, что у Анны планы на этого волка и точно знала, что Изольда хочет его себе. Получается, что я вроде бы не виновата и виновата. Сложившаяся ситуация бесила, я предложила:
– Слушайте, давайте его сожжём?
– Зачем это? – удивлённо спросила Анна.
– Чтоб никому не достался. Нет мужика-нет проблемы, – пояснила я.
– Не вариант, – с ноткой разочарования произнесла Изольда.
– Ну, тогда давайте ему религию поменяем, – выдвинула новое предложение я.
– А это чем нам поможет? – удивлённо спросила оборотниха.
– Ну как, станет мусульманином и сможет жениться на вас обеих. Будите первая и вторая жена, – поделилась я своими соображениями.
– Я боюсь они его и в этом случае делить будут, и спорит кто из них первая жена, а кто вторая, – внесла ложку дёгтя в мою бочку мёда Есения.
– Идея конечно не плохая, но Сеня дело говорит.
«– Я тоже», – сказала Анна.
Одновременно с Есенией мы добавили:
– И я.
В дверь постучали. Причём так уверенно. Переглянувшись мы бросили жребий, кто пойдёт открывать. Потому как свои все дома, это чужие только шастают. Вспомнила я вдруг Матроскина из мультика или это был Шарик? А, пофиг! Мужики наши не в счёт, они бы не стали стучать, так запёрлись бы. Я в очередной раз проиграла. М-да, не везёт, так не везёт.
А может действительно в любви повезёт, как в песне поётся.
На пороге стоял милого вида дядечка, ну как дядечка, вампир. Улыбнувшись мне своей голливудской улыбкой в тридцать два клыкастых зуба, он проговорил:
– Добрый день, Майя. Меня зовут Валентин, я церемониймейстер.
– Здрасте! А мы вроде не заказывали Вас, – повернув голову внутрь дома, я крикнула.
Вампир заикаясь перебил меня.
– Майя, вы меня не так поняли. Я пришёл подготовить вас к церемонии коронации.
Повернувшись, я снова крикнула:
– Отбой тревоге, это ко мне, – и тут же добавила. – По делу!!!
Взглянув снова на вампира, я заметила в его руках откуда-то взявшийся торт и бутылку дорогого вина. И меня начали терзать смутные сомнения.