"
"Я расположился в одном из домов на окраине городка. Сами швейцарцы в массе своей покинули дома, утащив имущество и уведя скотину. В принципе проблемы нонкомбатантов меня не волновали. Войну начали не мы, так что моральные страдания мимо. Тем временем в комнату зашёл Филипс, вслед за ним Первушин. Прапор был растрёпан, выглядел измученным, но умудрялся сохранять свой бравый вид.
—Есть свежие данные, Ваше Высочество. Оттого и пришлось идти ночью, благо сегодня чистое небо. В Ленцбурге собрались значительные силы французов — два полка пехоты при большом количестве пушек.
—Это получается Клейн решил ударить большей частью своих сил? Надо срочно передать новости фон Миллеру, пусть будет готов встретить конницу, ну а мы давно готовы. Пётр, ты иди отдыхать, а то на тебе лица нет.
Прибавил свет в лампе и принялся писать доклад фон Миллеру.
—Может лучше отступить? — Первушин дождался, когда я отправлю пакет полковнику и задал вопрос.
В принципе я тоже обдумывал этот вариант. Но мы для того и начали эту разведку боем, чтобы спутать планы французов. Если мы уйдём за Рёйсс, то республиканцы будут в спокойном режиме готовить атаку. Сейчас мы вбили клин сразу между тремя дивизиями и напрягаем неприятеля.
—Мы действуем как приманка, которая должна стянуть на себя как можно больше сил противника. Так что работаем по плану. Отражаем атаку французов, возможно, встречный бой. Уж очень не нравятся мне сведения об артиллерии. Клейн молодец! Успел даже потери в пушках восполнить. Вот нам и надо попытаться лишить его оставшихся стволов.
Сначала ничего не предвещало проблем, насколько это возможно на войне. Передовые отряды французской и швейцарской пехоты судя по красным курткам, вышли к окраинам Отмарзингена часов в шесть. Мы особо не обозначали своё присутствие. У французов тоже есть разведка и они точно знали, что мы укрепили подходы к деревеньке.