Нас сбивают и убивают обдолбанные мажоры, наших детей насилуют озверевшие от вседозволенности депутаты, несчастных стариков обманывают целые армии мошенников, а государство делает вид, что ничего не происходит. А ведь есть ещё наркомания, этническая преступность, которая в некоторых регионах стала реальной властью. Список можно продолжать до бесконечности. И всё это на фоне всеобщего безразличия, когда даже самое чудовищное преступление никого не удивляет. Мы все забились по своим норкам, робко надеясь, что именно мою семью пронесёт.
Вспоминаю последний разговор с мамой и не могу себе простить, что не смог её убедить и перестать бороться с ветряными мельницами.
—Но ведь должна быть хоть какая-то справедливость? — продолжаем очередной бесконечный разговор, — Я до Верховного Суда дойду. Если надо до СКР и Аппарата Президента. Как так? Ты фактически недееспособен, передвигаешься на костылях и вынужден продать квартиру, чтобы оплачивать лечение! А они ещё надсмехаются!
Мама искреннее негодовала и просто отказывалась понять происходящее непотребство.
—Мам, не мучай себя. С голоду не умираю, жить есть где. Вспомни отца. Тоже пошёл доказывать чего-то этим мошенникам в сервисе. Ну, заменили детали на старые, да и чёрт с ними. Я бы их купил и всех делов. Нет, написал заявление и принялся ждать справедливость.
—Может, ты и прав, что всё повязано. Но я не так воспитана, чтобы смириться с происходящим.
И далее продолжили в таком же духе. Джае поругались немного, я обиделся и захромал в сторону нашего старого дома, где жил после продажи своей квартиры. Правдорубы упёртые.
Из меня тогда будто выпустили воздух.