– Светлость, – буркнула я. – Коварная и продуманная.
Напрягшийся было Дан расслабился и тихо рассмеялся, я же притворно шмыгнула носом и легонько наступила ему на ногу, намекая – все танцуют, а мы нет!
Герцог Кернский эту оплошность тут же исправил – шагнул вперёд, вынуждая сделать ответный шаг и влиться в череду бальных «па». Но весь оставшийся танец я мысленно бурчала под нос: коварная, продуманная светлость! Нет, ну ведь действительно коварная!
Но на этом наши приключения во дворце не закончились…
Получасом позже, когда мы с Дантосом стояли в сторонке, наблюдали за танцующими и утоляли жажду игристым вином, к нам подошел седоватый грузный мужчина в дорогом камзоле.
Герцог Кернский тут же просиял, отвесил учтивый поклон и сказал:
– Алексис! Очень рад встрече.
Вельможа улыбнулся в ответ и стрельнул глазами в меня.
– Прошу прощения, – продолжая улыбаться, сказал Дантос. – Алексис, позвольте представить вам мою невесту, леди Астрид. – И уже мне: – Астрид, это Алексис, виконт Таринский. Мой давний приятель и компаньон по охоте.
Желания запечатлеть на моей руке поцелуй виконт Таринский не выразил, чему я, мягко говоря, порадовалась. Чувствуя пусть небольшое, но всё-таки облегчение, присела в реверансе, а когда выпрямилась, услышала:
– Бесконечно рад знакомству, леди Астрид. Вы обворожительны.
В следующий миг виконт вновь повернулся к Дану и, приняв самый доброжелательный вид, всю мою радость убил:
– Ваша светлость, позвольте пригласить вашу леди на танец.
Нет! – безмолвно выпалила я."
"Мысль была настолько сильной и яркой, что Дан со своей фрагментарной телепатией не только расслышал, но едва не вздрогнул.
Не разрешай! – подумала с нажимом, а внешне – улыбнулась и ресницами хлопнула.
И лишний раз убедилась: светлость моя не только коварна и продуманна, но и очень сообразительна. Пусть я не сказала, но Дантос прекрасно понял, что перед нами не кто иной, как одарённый метаморф.
От блондинчика сразу повеяло раздражением, но голос и манеры этих чувств не выдали.
– Простите Алексис, но не позволю. Это наш первый совместный выход в свет, и я не готов делить Астрид даже с друзьями.
– Дантос… – одарённый точно хотел настоять, но герцог Кернский договорить не позволил.
Теперь, во второй раз, Дан был не так вежлив:
– Алексис, катитесь к бесам, – озаряя мир прежней великолепной улыбкой, сказал он.
Аристократ застыл, но лишь на мгновение. Он поджал губы, бросил взгляд сперва на меня, потом на Дана, и тоже догадался.