– Милая, помедленнее, – пробормотал он хрипло и обхватил ее бедра руками. – Я не выдержу.
Она сопротивлялась, ее тело жаждало наслаждения, Девон чувствовал, что кульминация неотвратимо приближается, нарастает, как бы он ни старался ее отсрочить.
– Кэтлин, – процедил он сквозь зубы, – я не могу… не могу сдержаться…
Но она ничего не слышала, продолжая скакать на нем, дыхание ее становилось все чаще, она закричала и Девон почувствовал, как ее плоть запульсировала вокруг его фаллоса. Неимоверным усилием воли он заставил себя застыть, каждый мускул его тела окаменел от напряжения.
Обжигающая волна наслаждения, абсолютного, как смерть, прокатилась через его тело. Он дернулся еще несколько раз, хрипло застонал и растянулся на спине. Когда головокружительный экстаз понемногу прошел, его бросило в холод от сознания, что он излился в нее. Он никогда раньше этого не делал ни с одной женщиной: либо прерывал акт совокупления, либо пользовался, для верности, «французскими конвертиками».
Кэтлин, обессиленная, лежала на нем, и ее гибкое тело поднималось и опускалось в такт его прерывистому дыханию.
– Мне очень жаль, – услышал он ее шепот. – Я не могла остановиться, просто не могла.
Девон ничего не ответил, обдумывая ситуацию, а она виновато спросила:
– Что же нам теперь делать?
Девон знал, как не допустить беременность, но подробности действий после совокупления всегда были женской епархией.
– Я слышал, можно использовать шампанское, – сказал он наконец, хотя понятия не имел, как это можно осуществить.
Впрочем, в любом случае он не собирался рисковать здоровьем Кэтлин.
– Если выпить шампанского, это поможет? – уточнила она с надеждой.
Он мрачно усмехнулся:
– Не думаю… но это уже не имеет значения: принимать меры нужно было срочно, а у нас нет времени.