В шаре немедленно появилось знакомое лицо, обрамленное черными волосами.
— Стелла! — ахнула грудастая и тяжело осела на диван.
— Ты ее знаешь? — уточнила я.
— Еще бы! Она в нашем городе жила. Сильна была, чертовка! Чувствовала я, что что-то с ней неладно… но чтобы до такой степени! Как же она улизнуть-то от нас умудрилась? Помог ей кто-то… кто-то могучий, кто-то, кто может укрыть ее от артефактов наших. Зря он так… Совет ведьм не успокоится, пока не найдет гада… — Она побарабанила пальцами по коленке, а потом задумчиво и как-то даже оценивающе глянула на меня.
— Чего смотришь? — с опаской уточнила я.
— Ничего, — она вдруг сладко улыбнулась. — Лучше расскажи, с какими проблемами пришла.
— Но…
— Давай-давай, не отвлекайся! — поторопила Ксюша. Вообще, я планировала задать ей еще несколько вопросов по поводу услышанного, но тут эта сладострастная бестия наклонилась к подносу так, что ее грудь чуть не вывалилась наружу, и с явным удовольствием скусила пышную белую верхушку пирожного.
Я с некоторым трудом собрала мысли в кучку и принялась излагать. Ксюша слушала с интересом.
Закончила я свой рассказ словами:
— Как ты понимаешь, жить в постоянном страхе следующего срыва я не могу. Да и с ректором надо что-то делать. Короче говоря, вся надежда на тебя.
Ведьма кинула на меня озорной взгляд и принялась методично расправлять складочки на своей короткой клетчатой юбке.
"— Интересная ты девушка, Тоня. И безумно везучая. Помогу я тебе, с удовольствием. Вот только срывы я устранить не в состоянии. Они сами собой пройти должны… со временем. И в ситуации с ректором я — увы! — бессильна. Кто чары наложил, тот и снять их может. Ты ректора околдовала, тебе придется самой разбираться, как его расколдовывать. Кроме тебя этого никто не сделает.