Когда Шарик сдулся (каламбур, однако), посты с каждого забора убрали, и открылся путь в пряную лунную ночь и душистые рощи.…Вот теперь у меня все через одно место. Нос, в смысле. Даже если девка красивая мимо идет, но запаха не моего, то всё лесом. Вот Алла приятную свежесть источает. И куратор Элла. Да и Белоснежка, как ни удивительно. А вот ее сестра как-то не очень. Даром что фигуристая. И дело не в том «пах-пах» - со всеми бывает, у большинства, правда, только в годы пеленок и горшков. Просто мысли и намерения тоже пахнут.
"Вот и мой этаж, ползу чуть в бок. Пускаю немного нити под створку окна. Тяну леску к себе, створка оттягивается, скрипит. Замочный цилиндр выбивает из колодки, под пластиком тихо щелкает – окно открывается внутрь. Толкаю, сигаю в просторную кухню. В бок втыкается барная стойка. Черт, больно. «Ночное зрение» Китсукиса сейчас бы не помешало. Обхожу стойку, проскакиваю коридор мимо гостиной – сразу в спальню, чего тянуть.
На огромной кровати раскинулась Сербина, залитая лунным светом. Белая сорочка сливается с постелью. Одна нога закинута поверх одеяла. Золотые кудри рассыпались по подушкам, рот приоткрыт. На бледных щеках дорожки засохшей влаги. Ревела, значит. А медом откуда тянет? Не из губок же сахарных? А, ясно, духи.
Назад в коридор. Еще раз обхожу всю квартиру, заглядываю во все комнаты – пусто.
- Эй, пернатая.
Сербина во сне вздыхает натужно. Дергаются пальцы вытянутой попрек кровати ноги. Я подхожу и щелкаю пальцами ей по носу:
- Что я тебе про демонов говорил?
Блондинка просыпается, пару раз хлопает пушистыми ресницами, прогоняя сонный дурман. Видит меня – отшатывается, пытается закричать. Зажимаю ей рот, другой рукой дергаю за золотые кудри, заставляю задрать подбородок. Теперь ее испуганные сапфировые глаза смотрят прямо в мои спокойные.
- Хоть один громкий звук – сверну шею, - буднично говорю. – Андестенд?
Она кивает. Отпускаю, но другую руку оставляю на ее ключице. Задумчиво тереблю светлые кудряшки.
- Интересно, молятся ли ангелы? – задаюсь философским вопросом.
- Не убивай, - молит тихо, прижав колени к груди. - Прошу
- О, как приятно. Но именно мне молиться нет смысла. Все равно не поможет. Попробуй обратиться к кому-нибудь подобрее.