Твое тело угаснет как однолетний цветок. Представь всё это и просто скажи: «ДА».
Его рука сжимает плечо Лены, и она вздрагивает, как пойманная бабочка.
- Да! – быстро говорит Света, толком не понимая, чем обернется для нее сказанный бред.
Миг – и черное покрывало накрывает весь мир. Княжна хлопает ослепшими глазами. Белый свет потух как свеча.
Вместе с тьмой приходит и страх. Ее руки дрожат, горло немеет от ощущения бездонной пустоты, в которую она падает и падает…
Тьму прорезает мужской крик боли, затем удаляющийся голос брата:
- Похоже, к нам гости.
И тишина. Только порывистый плач девочки рядом.
Света перебарывает свою душевную слабость. Подумаешь, тьма. Темнота и в Африке темнота. Тут ребенок плачет.
- Лена, подползи ко мне, - зовет негромко. – Обними меня. Вот так, молодец. Всё будет хорошо. Нас спасут. Знаешь, кто?
- Знаю, - отвечает успокоившаяся малышка. – Братик. Он меня уже спасал от мажорки Кати.
- Значит, братик, - соглашается Света.
Девочка прижимается к княжне - щека к щеке. Ощущая жжение Лениных слез на своем лице, Света сама представляет, как в фабрику врывается и спасает…нет, почему-то не отец, даже не Лев Глумилев, глава Службы безопасности рода, а первокурсник Старшей школы простолюдин Бесонов. Не странно ли?
***
За сорок минут до этого.
На выходе из спортклуба сразу даю распоряжения водителю лимузина и Кали.
- Сейчас вы едете в особняк Бородовых, - протягиваю девушке записку с адресом обувной фабрики.
- Неужели ты поедешь в их логово один? - перерывает меня Кали.
Недовольно смотрю на нее. Она тут же тушуется, даже пятится на шаг. Еще долго будет помнить того переломанного в спортзале бандита.
- Прости, - говорит она. – Как скажешь, так и сделаю, конечно. Но разве не быстрее будет просто позвонить этой старшей дочери князя и сказать адрес?
- Безопасники могут не поверить телефонному звонку, - отвечаю.
"- Уже еду, - кивает Кали, подходит ближе и чмокает в губы. – Только себя тоже сбереги.