Надо продержаться до подхода безопасников – может минут пять, может десять.
- Слушайте команду. Евдокия, как единственный Воин и самая опытная - прикрывает меня с левого фланга. Таня – тыл, то есть сдерживаешь тех, кто к стене проскользнет. Вика с Аллой – держите обе правый фланг – у привязанного нытика. Если будет цепляться за одежду и просить отпустить к маме – пните, а так он вроде безобидный. И еще – сейчас врублю «устрашение». Оно у меня …странное. Вы захотите меня обнять, прижаться ко мне, но даже не смотрите в мою сторону, держите оборону.
- Да! – дружный ответ.
Ментальные многогранники дважды просить не нужно. Яка выходит наружу. Псих-буря накрывает весь коридор, ураган проходит через сердце каждого. Кто-то выдерживает, кто-то просто вздрагивает, а кто-то пускает пузыри из носа и рыдает. Разная реакция, да.
- МЕНЯ. ОКЛЕВЕТАЛИ.
Толпа чуть замедляется, но парни чувствуют поддержку соседнего плеча, верят, что они со стаей, и двигаются дальше. В темноте на лестнице половина из них бы в штаны наложила.
Но я обращаюсь в первую очередь не к парням.
- Отстаньте от него! – раздается резкий голос откуда-то из-за спин Воинов.
- Он сказал, что не избивал никого, - звучит следом.
- Не устраивайте самосуд! – заступается третья из барышень.
А это именно они – барышни лицея. Все они вклиниваются в толпу парней, отговаривают, хватают за руки, пытаются остановить и нет-нет, да бросают многообещающие взгляды на меня. Их груди как торпеды наводятся в мою сторону.
Несмотря на вмешательство барышень, первые ряды парней все равно нас настигают.
- Держать оборону! – командую."
"Мои девушки держатся молодцом – даже не косят взглядом на меня, только губы облизывают и томно выдыхают, видимо, чувствуя мою близость. Евдокия все же поглядывает на оранжевый платок у меня между ног. А Таня так вообще прижалась грудями к моей спине. Блин, она что, без лифчика?
- Тыл – на позицию, - рычу негромко и она отскакивает к стене.
А дальше нас накрывает лавина Воинов, и мы деремся.
***
Лисичка не могла поверить – этот простолюдин просто сорвал ее любимый шарфик и замотал в него своего пролетарского дракона. Этот голодранец оскорбил ее!
В негодовании барышня находит в себе силы подняться с четверенек и броситься в погоню. Пусть Бесонов хоть трижды чемпион, она ему задаст!
В коридоре происходит невесть что. Бесонов отражает атаку чуть ли не всего третьего курса.