Животный страх, приходящий без внешних раздражителей. Вегетативные симптомы: тремор рук, одышка, головокружение, повышенное сердцебиение, боли в груди. Бессонница, панические атаки...»
- Свароже! Они будто в Чечне побывали! Что Бесонов с ними делал?!
- Всего лишь бил и пугал, - пожимает плечами граф. – Сивенов с Шавельским сразу признались. Груб тоже сознался в своей причастности. Просил не отчислять вассалов его рода – якобы всего лишь исполняли приказ наследника главы Дома.
- Отчисляй не отчисляй, - почесывает подбородок завуч, беря бумажку и пробегаясь взглядами по симптомам и рекомендациям.
- Тук-тук, можно? – на пороге возникает София Бородова.
Княжна сегодня в тёмно-сером стильном костюме и тонком синем галстуке, не столько выделяющемся на белой блузке, сколько подчеркивающий объемистые груди под ней. Два девятых вала, наполненных роковой силой. И сейчас речь вовсе не о ранге Рыкаря.
- Мы заняты обсуждением дел лицея, княжна, - отмахивается Минаев. – Подождите за дверью – будьте добры.
- О! Дел лицея? – лучезарно улыбается эта коварная девушка. – Тогда я очень вовремя.
Она проходит мимо графа и присаживается одной ягодицей на стол. Берет доклад Минаева и внимательно листает его.
Завуч решает необходимым пояснить:
- С завтрашнего дня княжна - новый Первый заместитель директора. Я ухожу на пенсию.
Сжимая пудовые кулаки, Минаев шумно глотает.
- Ясно, почти все рода мелкие, - кивает своим мыслям София. – Всех участников сговора отчислить, лечение в психлечебнице оплатим за счет бюджета лицея. Как знак того, что не в обиде на рода нарушителей – просто таков устав нашего учреждения. Если кто все равно вздумает качать права, угрожать судом – отправим доказательства. Видеозаписи с признанием вы же сделали, граф?
- Сделали, - мычит Минаев.
- Отлично. Но Груб явно не устроил бы такое сам.
- Груб и словом не обмолвился о Березовском, - отвечает граф, тоже догадавшийся кто капитан на этом корабле. – У нас ничего на него нет.
- Что ж, ладно – его команда саммо одна из фаворитов на Чемпионате, - говорит княжна.