Волосы скрывал зеленый полотняный платок, низко натянутый на высокий, выпуклый лоб, только одна ярко-рыжая прядь выбилась сзади на волю. С ней был ребенок – девочка двух-трех лет, белый шелк волос обрамлял нежное личико. Она сидела за низким столиком, катала кусок глины и что-то невнятно бормотала.
Женщина за гончарным кругом закончила делать горшок. Высокая фигура Дэлглиша заслонила проход, и тогда она ногой остановила круг. Проволокой подрезала горшок снизу, сняла с круга и осторожно перенесла на стол.
Женщина была моложе, чем он ожидал. Взгляд широко расставленных глаз был оценивающим. Высокие, выступающие скулы, загорелая, веснушчатая кожа, красиво очерченный рот над маленьким подбородком с ямочкой. Прежде чем кто-то из них успел заговорить, малышка неожиданно встала со стульчика и торопливо заковыляла к Дэлглишу. Вцепившись в его брюки, она подняла почти бесформенный комок глины, ожидая его оценки или даже одобрения.
– Ты очень способная девочка, – сказал Дэлглиш. – Скажи мне, что это.
– Пес. Его зовут Питер, а меня Мэри.
– А меня зовут Адам. Но у него нет лап.
– Потому что он сидит.
– А где у него хвост?
– У него нет хвоста.
И девочка вернулась к столу, явно недовольная непроходимой глупостью нового знакомого.
– Вы, должно быть, комиссар Дэлглиш, – сказала ее мать. – А я Анна Камминз. Я ждала вас. Но разве полицейские приезжают не вдвоем?
– Обычно так и есть.
– Ничего вы не испортили и приехали вовремя. Просто я была занята и позабыла о времени. Хотите кофе? – У женщины был приятный, низкий голос с легким уэльским акцентом.
– Спасибо, если вас не затруднит. – Пить ему не хотелось, но было ощущение, что согласиться вежливее, чем отказаться.
Она подошла к раковине со словами:
– Вы, конечно, хотите поговорить с Люком. Думаю, он скоро будет. Повез серию горшков в Пул. Там один магазин каждый месяц забирает у нас партию. Если не задержится, приедет с минуты на минуту. Иногда людям хочется с ним поговорить или выпить чашечку кофе. Еще надо кое-что купить. Пожалуйста, садитесь.