Ворон. Осколки нас (СИ)

 — А вообще… — громко шмыгая носом, — мне противны парни-гуляки! Это все шампанское! Дешевое шампанское!!! Ха-а… — припадочно рассмеялась.

Воронов, как был, в рубашке и джинсах, забрался ко мне в душ, меняя ледяную воду на теплую. Дрожала, шмыгая носом, пальцами размазывая поплывшую тушь, когда он прижался ко мне, осторожно, будто поломанную куклу, обнимая под грудью.

— Я с ней расстался… — охрипшим голосом.

— Да плевать… Ты вечный НОМЕР ДВА!!! Ха-ха!

— Почему тогда номер один ничему тебя не научил, раз так хорош в этом? Хотя я бы рад тебя и в миссионерской… до конца жизни.

Потому что это ты… Все, Алина. Успокойся. Пошли спать.

Глава 24

POV КириллСканировал расфокусированным взглядом Её окна. Свет уже давно не горел, однако я был уверен — не спит мое Сокровище.

Не уснуть нам друг без друга…

Шумно втянул воздух, делая большой глоток водяры.

И снова наш друг Паша подсобил — в августе закрывали сезон у него на даче, и эти алкаши какого-то хера сгрузили ящик с не выпитым алкоголем мне в багажник.

Разумеется, Левицкий благополучно о нем забыл.

А я очень вовремя вспомнил, ибо ничего лучше, чем нажраться не придумал. Ну, надо же отметить самый незабываемый секс в своей жизни!

Вытрахали друг другу весь мозг!

Но, сука, при виде ее истерики я в прямом смысле чуть не кончил. Наконец, эта гордая и независимая обнажила передо мной душу. Содрогалась всем телом, сыпля проклятиями и нанося мне свои смешные удары… А я, ошалев от счастья, боялся пропустить хоть что-то…

Значит, не все у нас так безнадежно.

На ее несчастье, нам до сих пор по пути…

И эта ночь многое для меня прояснила.

Не забыла.

Скучала.

Обижена.

Ненавидит. (с этим посложнее)

Хочет меня. (ох*еть как).

— Я не хочу, чтобы ты уходил… — решительно потянула меня в свою спальню.

И вот тут мне бы рот зашить, ибо, итак, весь вечер нес какую-то лютую дичь, но нет, решил единственный раз поступить по-джентльменски — ответил честно.

И понеслось.

Как итог, Алина пустила мне кровушки. В прямом смысле. Атаковала своими маленькими кулачками.

Но как же она была прекрасна в этот момент… Божественная моя. Злющая. С пылающими от ненависти глазами. И подрагивающими порнушными губками, искусанными мной же несколько минут назад. Запах ее тела до сих пор кружил голову — чистая энергия страсти.

Ответила, так ответила.

Влажная одежда противно липла к телу.

Кожа на лице и шее немного саднила.

Заслужил.

Хотя Алина обращала внимание только на слова, контекст ее вообще не интересовал.