В сорок шесть быть дедушкой такое себе удовольствие.
Не зря мне этот Димочка не нравился с самого начала.
Притягиваю к себе Юлю, преодолевая сопротивления. Целую её горячие губы. Тону в этой ласковости.
Всё ещё залипаю как подросток. Чувства только множится, стоило найти правильный путь.
Ловлю смеющийся взгляд, глажу пальцами тонкую шею.
Тону.
— Сестра на выходных заглянет, — напоминает Юля, роняя голову на мои колени. — Ты заберёшь в аэропорту?
— Конечно, — киваю, перебирая её светлые пряди.
— Тёть Марина? — мгновенно оживает Алиска. — Она приезжает?! Кир, ты слышала?!
— Слышала. Ты ещё поори. Разбудишь мне сына — сама пойдёшь укладывать.
— Пфф. Я легко. Это тебе не задачки щёлкать, много ума не надо. В принципе, как и замуж выскочить… Пап!
Пятнадцатилетняя дочь срывается и хнычет, получая заслуженный подзатыльник от сестры.
Любит Алиса задевать Киру, пользуется статусом младшей. Хотя каждый раз за это выгребает.
Но я спокоен.
Знаю, что эти две юлы друг за друга горой будет.
Тянусь к телефону, вношу напоминание, чтобы не забыть. А то вылетит из головы, а на меня потом с обидой смотреть будут.
Даже я не ожидал, что Юля так хорошо с Мариной сойдётся. Постепенно, шаг за шагом. Но за столько лет стали неразлучными.
Было хоть что-то правильное в том, что я делал тогда.
А всё неправильное я исправил.
— Хорошо так, — Юля щурится от солнца. Не сдерживаюсь, глажу тонкие морщинки возле её глаз. — Что? Всё, я бабушка окончательно?
— Нет. Всё ещё самая красивая. Я люблю тебя, Юляш. Капец как сильно. Спасибо.
— За что это?"
"— За то, что ты всё ещё у меня есть. За шанс. Двух дочерей. И за сегодняшние биточки, конечно, тоже спасибо.
Юля смеётся, а я утягиваю для нового поцелуя. Крепче сжимаю, затягиваю на свои колени, пока дети не видят.
Может, я шанс не заслужил тогда.
Но после делал всё, чтобы доказать. Заслужил. Оправдал.
Больше никогда своё счастье из рук не выпущу.
— Люблю тебя, — повторяю, одаривая короткими поцелуями.
— Неужели сильнее биточков? — уточняет с хитрым прищуром.
— Сильнее всего на свете.
Конец!"