– Что это за место?!
– Наша с Рухташем пещера, – вновь выдал он заученную фразу.
– Нет, я не об этом! В общем, где мы? – попыталась снова.
– В поселении аркаев, – задумчиво он свел брови. – Опять неправильно?
– Что находится за этой пустыней? – не унималась я.
– Красная пустыня, – пожал плечами мужчина. – А с другой стороны большие соленые воды.
– Так, ладно. Такими темпами мы ни к чему не придем, – вздохнула я, присаживаясь на краешек кровати.
Мужчина хотел приблизиться, но от его действий рефлекторно сжалась.
Я была удивлена, когда вместо того, чтобы сделать, как хочется ему, Ширхат устроился на полу, не сводя с меня глаз.
– Я ничего не понимаю, – честно призналась, мотнув головой.
– Скажи, кто тебя ранил? – вновь принялся за свое хозяин пещеры.
– Муж, – устало потерла глаза, вспоминая ужас, который сковывал тело. От безумного ликующего взгляда Егора, когда тот сжал мое горло, выливая на голову всю правду, вновь содрогнулась.
– Муж? Другая хитарис так называет своих самцов. Но они никогда бы не…
– закончить он не успел, так как кожаная штора, исполняющая функцию двери, отодвинулась в сторону, являя мне второго близнеца и невысокую светловолосую девушку с округлым животиком.
На вскидку дала бы ей месяц пятый – шестой.
– Привет, а вот и мы! – бодро заголосила незнакомка, которую вероятнее всего и звали Анья. – Так, парни, знаю, что с моей стороны нагло, но идите-ка вы на улицу.
Ширхат мгновенно поднялся с пола, направляясь к приоткрытой шторе, в то время как его брат почти не моргая смотрел на меня. От его гляделок по коже побежали мурашки и стало сложно дышать.
– Рухташ! – рыкнула визитерша на варвара так, будто совершенно его не боялась. – Я сколько буду ждать?! На выход!
В ответ мужчина фыркнул, демонстрируя острые клыки, и покинул пещеру.
– Скалиться он еще будет! Сам меня позвал! – буркнула женщина, и, еле заметно переваливаясь с боку на бок, подошла ближе.
– Да, есть немного, – почти честно призналась, осматривая вроде бы дружелюбно настроенную особу. – Вру! Чертовски!
– Я тебе вещи принесла. А то до этих ребят все очень долго доходит, – усмехнулась она. – Меня Аня зовут. А тебя?
– Не АнЬя? – переспросила я, вздернув бровь.
– Я честно боролась первый год, а потом смирилась. Ну не хотят они меня правильно называть.