— Да, — киваю, на ватных ногах разворачиваясь и, как лунатичка, проходя в распахнутую им дверь.
Черт, — как же это неправильно — вот сейчас уходить, расставаться, — неправильно и совершенно немыслимо!
Но, видимо, так нужно, — хотя я и не могу найти в себе сил просто уйти, — сделав несколько шагов по коридору, все же оборачиваюсь в так и не закрывшуюся за мной дверь.
Антон так и стоит, погрузив руку в волосы и, не мигая, смотрит мне вслед.
И его глаза в этот момент…
Совершенно безумные, переполненные счастьем, изумлением, неверием…
Он пытается мне улыбнуться, но ничего не выходит, — слишком много напряжения сейчас внутри.
А я… Только киваю в ответ, тоже неспособная на улыбку, и двигаюсь дальше, поворачиваю, и тут же натыкаюсь на огромное зеркало, закрепленное на стене.
Черт!
Глаза полыхают таким огнем, что передо мной будто и не я, а самая настоящая ведьма!
Волосы таки растрепались, губы распухли и стали похожими на две раздавленные совсем спелые вишни.
И думать не надо, чтобы догадаться, чем мы только что занимались, — все прямо написано!"
"Поправляю волосы, критично осматривая преображенную блузку. Слишком открыто, слишком откровенно теперь получилось. Прямо секс в чистом виде, особенно с учетом всего остального и полыхающих щек! Хотя… Сейчас как только не одеваются девчонки, — надеюсь, и полуголых там тоже будет немало! И никто на меня особого внимания не обратит! Ну, в крайнем случае, скажу, что выпила немного вина перед концертом, потому так и раскраснелась! Уверена, что там студенты не только минералку и сок будут пить, хоть это категорически и запрещено!
Глава 28
Лена.
Веселье уже было в самом разгаре, — студенты, напевшись в караоке, были просто счастливы, хотя поначалу все очень робели и Эду приходилось чуть ли не силой вытаскивать их, смущающихся, на сцену! Но разве этим двоим, ему и Дольскому, может кто-то отказать? Конечно, нет!
Начали с девушек, — и, пусть они поначалу краснели и отмахивались, но стоило Лагину самому спуститься со сцены в зал, подойти, взять за руку и сказать пару комплиментов, как они сразу же соглашались и выходили, робко и неуверенно затягивая первые строчки, постепенно смелея, под его одобрительным взглядом и ослепительной улыбкой, чувствуя еще и поддержку своих, которые шумно хлопали.