— Я уже, между прочим, успела с кучей народа познакомиться! Вот те парни нас за свой столик даже позвали! Но я честно тебя дожидалась! Эх, жалко, что ты раньше не пришла!
Смотрю туда, куда указывает Маринка, но вижу их довольно смутно. Хорошо, что она к ним не пересела — терпеть сейчас еще и какую-то компанию — выше моих сил.
Только качаю головой, улыбаясь подруге.
Механически подношу стаканчик к губам, и…
Замираю.
Потому что все пространство вокруг разрывает такой родной, такой любимый голос…
— Всем прекрасного вечера! — разливается голос, от которого сердце снова сначала замирает, а после — просто бешено пускается вскачь.
В ответ его приветствуют крики и улюлюкание.
— Я люблю тебя, Антон! — слышны женские выкрики.
А я изумленно таращусь на сцену, где стоит ОН.
Безумно красивый, просто идеальный, — хоть до сих пор с растрепанными волосами, но от этого он еще красивее.
Рубашка навыпуск, полурасстегнута, а через сценическую подсветку мне кажется, что я даже вижу тугие вены, оплетающие его крепкие руки.
Так и замираю с раскрытым ртом, глядя на него.
Зато Маринка визжит за нас двоих, и, сдергивая с шеи платок, начинает им размахивать.
Антон продолжает что-то говорить, а я даже не разбираю слов, — просто сижу и таращусь на него.
— Эй, ты чего, как неживая, а, подруга? — Маринка снова меня толкает. — Так! Тебе срочно нужно что-нибудь горячительное повторить!
— Это кто? — я поворачиваюсь к Маринке."
"— Антон? — она хохочет.
Я прикидываю, и киваю, как китайский болванчик.
А ведь оказывается, я не сошла с ума и его голос по радио мне не чудился… Кто бы мог подумать… Звезда!
Зато теперь становится понятно, почему он был тогда окружен девчонками, которые на него так беззастенчиво вешались.
— Э-эй, Мирка! — Маринка машет рукой у моего лица. — Ты что окаменела? Что, влюбилась? Хм… Могу тебя понять, тут каждая вторая бредит этим красавцем! Только вот не обольщайся, — говорят, он ни с кем серьезных отношений не заводит.