Бездушный

Формально чернокнижники и Империя друг с другом не торговали, поэтому, собственно, и получался такой странный извив, когда ходовой товар сперва завозился в Горки (как в первые, так и в последующие, вплоть до двадцать вторых), а уже потом с купеческими караванами двигался дальше, к конечному потребителю. Объём реальной торговли оказывался из-за этого небольшим, но те, кто умел рисковать, прибыль с него снимали приличную...

— Арсенал вон в том доме, с зелёной крышей, — указал Аршаф на нужное здание...

С пригорка посёлок отлично просматривался.

Бревенчатый частокол непреодолимым не выглядел. Ворота, в общем-то, тоже. Однако штурмовать двумя сотнями населённый пункт с гарнизоном из пятисот с лишним бойцов и тридцати магов представлялось всего лишь одним из способов массового самоубийства. Именно по этой причине я и предполагал атаковать с двух сторон: из леса и с моря. Причём, второе направление, как ни странно, считалось, скорей, отвлекающим, а не главным.

Опасность местные жители ожидали как раз от воды, потому что, по словам и Аршафа, и Тура, за последние две сотни лет морские разбойники регулярно испытывали этот городишко на прочность.

Действовали, правда, малыми группами и, в основном, только чтобы пограбить стоящие на рейде суда, а город и порт атаковать не пытались. Поскольку незримая граница между полноценно работающей имперской магией и магией рун проходила аккурат посреди акватории. Соваться ближе означало сразу попасть под удар местных магов.

Что же касается обороны со стороны суши, местные за неё беспокоились мало и внимание обращали постольку-поскольку, по мере необходимости.

"

"И частокол, и ворота, и нейтральная полоса перед ними находилась под плотной магозащитой и контролировалась сигнальными артефактами. Двух лучников-наблюдателей на сторожевой вышке возле ворот, «подкреплённых» снизу дежурным магом и пятью-шестью караульными, чтобы отразить первый натиск бегущих в атаку безумцев, хватало с лихвой — смели бы всех «нафиг с пляжа» и не почесались. А что до второго натиска, бойцов у противника после него могло вообще не остаться.

По той же самой причине.

Не учли здешние «генштабисты» лишь одного — появления среди атакующих настоящего живого иммунного...

— Вы с Дайрусом вон про этот мысок мне втюхивали? — перевёл я взгляд на виднеющийся справа от бухты скалистый мыс, врезающийся в море примерно на лигу.

— Он самый, — кивнул Аршаф.

— И на нём есть площадка, на которой никто не бывал?

— Ага. Там только птицы гнездятся.

— Птиц вижу.